Anathema Rain

1. Обоснование на новом месте не заняло много времени. Правда, новая жилплощадь оказалась несколько теснее предыдущей, и мне досталась комната аж на чердаке, утеплять которую мне пришлось самому. С другой стороны, это избавило меня от необходимости бегать туда-сюда каждый раз, когда мне нужно было кормить Сырно, ведь теперь ее «гнездо» располагалось прямо за окном моей спальни-лаборатории. Из-за тесноты помещения открыть у семьи Даймсвортов получилось только аптеку, так что теперь, оставшись без своего кафе и связанных с ним хлопот, миссис Даймсворт стала помогать мужу продавать зелья, а у меня таким образом появилось больше свободного времени во второй половине дня. А потратить его мне было куда. Например, неподалеку от нашего дома был большой парк, накрытый магическим барьером, защищающим кучу самых разнообразных растений от мороза, эдакая теплица, в которой я провел немало времени, подробно изучая местную флору в естественной среде обитания. Работники «теплицы» охотно рассказывали о растениях, их особенностях и требованиях к уходу. В городской библиотеке я получил доступ к некоторым ботаническим справочникам, хотя нет-нет, да и зачитывался каким-нибудь историческим романом или старой легендой. Тем не менее, мои конспекты пополнялись, и как-то раз, выбирая новое умение при повышении уровня, я с удовлетворением обнаружил повышение интеллекта на несколько пунктов. Разумеется, я также посетил местное отделение Элроудского банка, расположившееся совсем недалеко от караванной станции, напротив большой таверны для приезжих, чей оркестр гремел так, что было слышно даже на улице. Ну и в конце-концов, я наконец смог по-настоящему побывать в гильдии авантюристов в качестве, собственно, авантюриста, и даже выполнить пару квестов, что, впрочем произошло не сразу, а после одного довольно значимого для меня события. Сразу же после того, как мы устроились на новом месте, буквально на следующий же день после приезда, я отправился в храм Эрис. Многолюдный и оживленный Бракс разительно отличался от того холодного, запуганного, тревожного города, который мне пришлось оставить. Возможно, у Акселя были и лучшие времена, которые я не застал, возможно, такие времена еще наступят, но прямо сейчас мое новое место жительства нравилось мне куда больше. Улицы были заполнены прохожими и неторопливо снующими туда-сюда повозками, на лицах людей не было страха и беспокойства, только насущные заботы, в самых разнообразных лавках бойко шла торговля, а из питейных и закусочных доносились звуки распития, закусывания и сопутствующей активности. В общем, при почти равных размерах городов Бракс казался куда большим, значимым и благополучным, чем Аксель. Разве что стражи на улицах было примерно столько же, очевидно, здесь опасались повторения того же сценария, что и в городе авантюристов. Хотя оно и понятно, если учесть количество народу, переехавшего сюда в поисках лучшей жизни. Справляясь у патрульных о местонахождении храма Эрис, я стал свидетелем одной сцены, открывшей для меня новую сторону определенной группы людей, от которых у меня и без того были неприятные впечатления. К страже подошел очень сердитый благообразный господин, едва не волоча за собой отчаянно сопротивляющуюся девушку лет шестнадцати. — Пусти меня, пусти! — Нет уж! Довольно с меня ваших фокусов! — толстяк обратился к страже. — Господа, я прошу вас, и вас, молодой человек, засвидетельствовать совершение преступления! Эта паршивка только что попыталась стащить мой кошелек! Меня в этом городе знают, я уважаемый человек, тяжелым трудом добывающий свой хлеб! А всякие разные беспризорники и, я прошу прощения, голодранцы считают, что могут поживиться за мой счет! — Вранье это все! — сердито ответила девушка. — Он сам его выронил! Я подняла его только для того, чтобы вернуть… — Нет, вы слышали? — возмутился господин. — Я выронил кошелек! Я! Да вы только поглядите! — он стал потрясать своим кошельком, к которому была прикреплена цепочка. — Выронил! Как же, держи карман шире! Как, скажите на милость, я мог его выронить, если он всегда прикреплен к моему сюртуку? А? — А очень просто! Цепочка оборвалась, вот он и упал, — она повернулась к стражникам с жалобным лицом. — Я кричала ему, чтоб он обернулся, но он не слышал, тогда я подняла кошелек и понесла ему, а он раскричался, схватил больно за руку… — она захныкала. — Порвалась? Цепочка от лучшего кузнеца в городе? Чего еще придумаешь, воровка? А это что такое? — он достал из кармана маленький предмет, при ближайшем рассмотрении оказавшийся половинкой звена цепи, видимо, от кошелька. — Видите? Видите? Подпилена! И где, скажи на милость, три золотых авгоса, что лежали в кошельке? Обыщите ее, и я ручаюсь вам, что вы найдете у нее напильник, а то и что посолиднее! — Ну это уже просто наглость! — теперь уже возмущалась девушка. — Это все голословные обвинения! Позор вам! Хватаете среди бела дня одинокую беззащитную девушку и тащите куда ни попадя! Хорошо еще, стража на пути попалась, а то… — Что-о-о-о-о? — толстяк чуть не задохнулся от неожиданности. — Да! Вот именно! Это я тут пострадавшая! — она снова обратилась к патрульным. — Вы же все видели, верно? Как он тащил меня в подворотню, а едва завидев вас, притворился потерпевшим да еще и денег хочет с меня получить! — Да как ты смеешь! Я, уважаемый человек, отец семейства, я!.. Господа, я требую, — слышите? — требую справедливого суда! Я пойду к начальству! Я дойду до прокурора, до лорда Дастинесс! Черт возьми, если потребуется, я дойду до самого короля! Я не позволю порочить мое честное имя каким-то сектантам! — Вы же видели, верно? — не сдавалась девушка — Вы же не позволите случиться ужасной несправедливости? Вы же защитите бедную несчастную девушку от посягательств этого человека? Его наверняка подговорили эти злодеи из церкви Эрис! Вечно они притесняют честных последователей богини Аквы… — Довольно! — стражникам явно надоела эта перепалка. — Кая, ты правда думаешь, что тебе или кому-то из вашей братии кто-то поверит? После всего того, что вы делаете? — Мы ничего плохого не делаем! — взвилась культистка. — Это все наговоры со стороны этой недоцеркви!.. Стражники и толстяк моментально отстранились. — Ты совсем рассудка лишилась? — зашипел стражник. — Богохульствуешь, когда инквизиция в городе? На костер захотела? Смотри, они с тобой церемониться не будут, им даже король не указ. — Не посмеют! Культ Аксис поклоняется самой великой богине Акве! Никто не смеет вредить нам, если не хочет божественной кары! Пусть грозят кострами сколько угодно, наш отец Яго, глашатай самой богини, этого так просто не оставит! — Я пойду, у меня дела, — внезапно заторопился толстяк, — а то еще инквизиция подумает чего, если увидит меня рядом с… ней. Пойду, пока не запахло жареным. Кстати, о «пахнет». Во время разговора мне показалось, что я уловил некий незнакомый запах чего-то растительного. Мне стало любопытно и я активировал изученный недавно навык «Поиск ингредиентов». Источник этого запаха обнаружился в сумке у девушки. До этого момента я благоразумно молчал, но тут профессиональное любопытство взяло верх. — Прошу прощения, — сказал я, — мне правда неловко прерывать вашу милую беседу, но мне жутко хочется узнать у девушки, что за травы у нее в сумке. Я просто травник, ученик аптекаря, мне всегда интересно исследовать новые рецепты и все такое… Что? — Травы? — переспросил стражник. — Ты хочешь сказать, что чуешь в ее сумке травы? — Да, у меня навык такой есть, могу карту показать, — я удивился такой реакции и протянул ему свою карту авантюриста. Участники разговора медленно повернулись к культистке. — Что? Нету у меня никаких таких трав… — ты попыталась было возмутиться. — Ты его слышала, — холодно прервал ее стражник. — Показывай содержимое сумки. Быстро. — Д…д… да вы не имеете права! Патрульный вырвал сумку у нее из рук и раскрыл ее. — Вот те раз, — пробормотал его напарник, доставая оттуда мешочек, — сноцвет. — Ага, а еще напильник и мои три авгоса! — заявил толстяк, довольный собой. — А я говорил! Ну теперь-то ты не отвертишься, мерзавка! Теперь-то тебя возьмут в оборот! А потом и всю вашу шайку! — Сколько раз мы тебя уже ловили с этой дрянью? — тихо спросил стражник, не обращая внимания на господина. — С какой такой дрянью? Это всего лишь успокоительное средство, дарующее волшебные сны! Почему вы постоянно так плохо о нем говорите? Разве приносить радость людям — это плохо? — Эта дрянь убивает людей, и ты это знаешь, — патрульный медленно закипал. Он попытался схватить культистку, но та ловко вывернулась вместе с сумкой и отскочила подальше. — Вы с чем-то спутали, наверное. И вообще, это ваша трава, оставьте себе, нечего мне всякую дрянь подкидывать! И инквизиции своей так и передайте, что отец Яго от них мокрого места не оставит! — она бросилась бежать, и уже на бегу крикнула: — А золото я оставляю как добровольное пожертвование единственной истинной церкви в этом городе — церкви Аксис! — Стой!.. — толстяк и один из патрульных бросились за ней. — А что за сноцвет и что такое авгос? — задал я вопрос оставшемуся на посту стражнику. — Авгос — это золотая монета номиналом в тысячу эрис, используется, в основном, банкирами и крупными дельцами. А что до сноцвета — лучше бы тебе не знать. Скажу только, что в нашем городе его нельзя использовать даже в медицинских целях, так своему учителю и передай, ученик аптекаря. Если найдем — арестуем всех, и аптекарей, и травников, и покупателей. — Нет, я, конечно, много разного слышал о культистах Аксис, но воры и барыги… — я покачал головой. Стражник хмыкнул. — Если это тебя удивляет, то значит нихрена ты о них не слышал. 2. Храм Эрис я нашел без труда и, не обнаружив священника на месте, решил вернуться вечером. Однако, когда я, осмотревшись, уже было повернулся к выходу, меня окликнули. — Вы кого-то ищете? — спросил светловолосый паренек лет двенадцати-тринадцати в строгих белых одеждах, которого я сразу не заметил среди рядов скамей для прихожан, крепко сложенный, а рядом с ним лежал внушительный молот. Видимо, кто-то из приключенцев, выбравший «святой» класс, решил я. — Я бы хотел поговорить со священником, но, как я понял, его здесь нет? — Он на раздаче хлеба для бедных и скоро вернется. Но свое дело вы можете изложить и мне. Я такой же служитель церкви, как и его преподобие. Я бы предпочел дождаться возвращения лица, более уполномоченного решать мои вопросы, чем обсуждать их с послушником, вряд ли отличающимся таким же пониманием, как его старшие коллеги. К тому же, меня нервировал его молот и перспектива случайно задеть его религиозные чувства, тем более, он уже сидел со слегка недовольным выражением лица. — Слушай, — осторожно ответил я, — дело серьезное, так что я лучше дождусь священника… — Тем более, — парировал он, — вам стоит обсудить его со мной. Как представитель инквизиции я готов вас выслушать. Мне показалось, что я ослышался. — Эм, инквизиции? Прости, ты не слишком… молод для такого? — В служении богам возраст не важен! — он надменно задрал нос, доставая свое удостоверение. — Я, паладин Межконфессиональной Инквизиции Утер, готов к исполнению воли Эрис в любой момент! Услышав его слова и прочитав данные в удостоверении, я слегка завис, пытаясь обработать только что полученные данные. Священник в Акселе сказал мне искать инквизитора Утера. О том, что инквизитору всего тринадцать лет, он не упомянул. И как мне на это реагировать? — Во имя Эрис… — вздохнул он. Видимо, подобную реакцию он наблюдал не впервые. — Так или иначе, если ваше дело серьезное… — Да дело-то в том, — замялся я, — что вас-то я и ищу. Теперь настал черед удивляться ему. — Меня? Зачем? — Честно говоря, я и сам не знаю. Но священник в Акселе так сказал. Точнее, ему так сказала Эрис, а он передал мне, что я должен в чем-то вам… помочь… Он медленно стал меняться в лице, что мне совершенно не понравилось. — Вот как… Так это ты. Он схватил молот. Я отшатнулся. — Так это из-за тебя я три месяца топчусь на месте! Из-за тебя святая воля богини Эрис никак не может свершиться! Я бросился к выходу, пытаясь сообразить, что теперь делать дальше. Вот не хватало еще ссориться с инквизицией! И чего он так взвился? Я едва успел закрыть за собой двери церкви, как в них изнутри ударило что-то тяжелое, после чего бросился наутек. — Стой, окаянный! Вернись и прими должную кару! Нет, спасибо, я жить хочу, подумал я, петляя по улицам. Черт, как бы мне сейчас помогло бы зелье выносливости! А я, как назло, весь свой скарб дома оставил. Я старался оторваться, как мог, но упрямый инквизитор не отставал, и даже догонял, размахивая своим молотом и выкрикивая угрозы. Простите, мистер Даймстворт, но, похоже, ваш помощник и ученик больше не жилец или, как минимум, будет долго нетрудоспособен. Хоть бы одно зелье… Стоп. Нет, старик прав, я так ничему и не научился. Буквально в паре кварталов от нашего дома лежат все зелья, настойки и эликсиры этого города, а я еще жалуюсь? Правда, проблема была в том, что в Браксе я всего второй день, совершенно в нем не ориентируюсь и где, собственно, дом, а уж тем более парк, я совершенно не помнил. Да еще и пропетляв по переулкам я выскочил на совершенно незнакомую мне улицу. Я не был уверен, что оторвался, поэтому пошел быстрым шагом к единственному выделяющемуся ориентиру — вдали виднелся большой красивый особняк, в который улица и впадала, вспоминая на ходу рецепт зелья выносливости. Так, основа — каренник, снимающий симптомы переутомления. Листья местного кофе… или это для зелья рефлексов? Хотя да, в нужном мне рецепте они тоже есть. Щепотку чего-нибудь с сильным обезболивающим действием… И вода, ну тут все просто — можно зачерпнуть немного снега. Все, что мне нужно — собрать необходимые растения, «смешать» их, можно прямо во рту, благо, система навыков упрощает многие аспекты жизни… А потом вдруг подумал — а дальше-то что? Даже если я и найду «теплицу» и сварганю зелье на ходу, что я потом буду делать? Бегать, пока опять не устану? Я остановился перевести немного дух на перекрестке. Инквизитор выскочил из-за угла, осмотрелся и, едва завидев меня, тут же продолжил погоню. Малец-то, даром что едва мне до шеи достает, что-то не торопится показывать признаки утомления. Так, а что там нужно для зелья рефлексов?.. Я бросился в сторону особняка, продолжая прикидывать варианты. Так или иначе, мне придется налаживать с ним диалог, ведь за этим же меня сюда прислали, верно? Я ведь даже не знаю толком, чего боги от меня хотят. Я обернулся, надеясь, что маленький упрямец все же отстал, и тут же понял, что никакое зелье мне уже, наверное, не понадобится. Инквизитора немного занесло на повороте из-за его тяжелого молота, он подскользнулся на утоптанном снегу, шлепнулся и по инерции проехал чуть дальше, крепко засев в сугробе головой вперед. Я вздохнул — от усталости, облегчения и осознания того, что теперь мне с этим жить. О Эрис, думал я, подходя к паладину, вот значит, что ты от меня хотела? Чтобы я нянчился с ним, чтобы он не убился ненароком? Я вытащил Утера из сугроба и помог подняться. Он выглядел очень недовольным, но при этом крайне смущенным. От былой агрессии не осталось и следа, видимо, свежий снежок остудил его пыл. — Давай так, — сказал я, помогая ему отряхнуться от снега, — я по дороге заметил пекарню, там я куплю тебе пирожков и мы спокойно обсудим наши дела. — Хм! — он отвернулся, пряча глаза. — Думаешь, сможешь подкупить паладина Эрис, будущего инквизитора?.. — он помолчал. — С ягодами. Какой же он все-таки ребенок, подумал я. И тут же вздрогнул, когда увидел, что к нам бежит наряд стражи. Очевидно, наша гонка привлекла лишнее внимание прохожих. — Патруль Городского Порядка, сержант Лорнан, вам нужна помощь, сэр паладин? — Это дело инквизиции, — ответил Утер, предъявляя удостоверение, — ваша помощь не требуется. — Вы уверены? — сержант с сомнением разглядывал меня, оно и понятно, я в городе человек новый. — Абсолютно, — ответил паладин, с любопытством оглядывая меня, — этот человек находится в моей юрисдикции, — и откуда он слова такие знает? Стражники извинились и откланялись. — Я должен извиниться за свое поведение, — сказал мне Утер. — Да я, в общем-то, тоже… — Нет-нет. Я повел себя недостойно своего звания и бросился на вас даже не уточнив всех деталей. Прошу понять меня, я так долго жду начала своей миссии, что уже схожу с ума… — Нет, я и правда должен извиниться, я и правда потратил много времени впустую в Акселе вместо того, чтобы сразу пойти в храм. — Так это и правда вы? Посланник богов? — Ну да, похоже на то. И давай на «ты», я еще не настолько стар. — Ну тогда у вас… тебя должна быть божественная реликвия! Богиня Аква выдает их всем, кто приходит в этот мир. Где она? — Ну-у-у, тут такая история… 3. — …и-и-и вот я здесь, — я закончил краткий пересказ своих похождений в этом чудном мире. Угостившись со своим новым знакомым чаем с пирогами, мы вернулись в храм. Утер выглядел крайне озабоченным. — Не могу поверить, что ты вот так просто взял и продал божественную реликвию! Это же!.. — Ну извините, ваше преподобие, мне нужно было как-то выживать, а толку от нее не было. Мне это показалось наиболее логичным решением на тот момент. — Мы немедленно должны отправляться в Аксель! — Ну здрасьте, я только оттуда! — недовольно скривился я. Мне совсем не улыбалось возвращаться в город, стоящий на пороге массовых беспорядков. — Это не обсуждается! Мы должны вернуть реликвию! Неважно, какой ценой, Департамент КсеноФонда Инквизиции покроет все расходы! Нельзя допустить, чтобы она попала в дурные руки! — Тем более. Ростовщик, которому я ее продал, уже уехал в Элроуд. — Проклятье! — в сердцах он стукнул по скамье. — Ну вот, придется теперь обращаться к Департаменту Информаторов, а я терпеть этих скользких змей не могу! — Кстати, что за Департамент КсеноФонда такой, что за Департамент Информаторов, что я вообще здесь делаю? Раз уж нам предстоит работать вместе, может, пора объяснить суть этой самой работы? — Суть как раз в этих… — тут паладин понял, что слишком разошелся, и понизил голос, — …реликвиях! Он осторожно осмотрелся, убедился, что в зале никого, и начал объяснять: — Ты уже знаешь, что богиня Аква снабжает каждого пришельца в наш мир какой-либо особой силой. Это может быть сильное оружие, или могущественная магия, заключенная в неком предмете. Все это в совокупности мы называем «Божественные Реликвии» и стараемся отслеживать и контролировать их перемещения и использование. Вообще, Ксенофонд занимается всем, что приходит в наш мир извне, не только реликвиями и «героями», а, например, еще демонами. Уверен, ты слышал про Короля Демонов. — В газетах читал, — кивнул я. — Так вот. Именно из-за него Аква наполняет наш мир пришельцами с особыми силами, чтобы они сражались с ним. Вот только он далеко не единственная угроза безопасности нашего мира. Потусторонние монстры, культы темных богов и демонов, независимые от Короля Демонов маги и некроманты и многие другие еретики угрожают миру и порядку в этом мире. Поэтому и существует Инквизиция — чтобы искоренять всю эту ересь. — Вот как… Я слышал только об этом Короле. — Свои дела Инквизиция хранит в тайне от простых обывателей. Многие еретические проявления люди просто не способны переварить и могут лишиться веры и здравого рассудка. К сожалению, люди, которых Аква сюда посылает, далеко не всегда… хорошие. Не всегда компетентные. Не всегда ответственные. Часто они погибают в боях, переоценив свои силы, часто теряют свои реликвии — продавая, например, — он бросил укоризненный взгляд, — и у божественных артефактов появляются новые владельцы, которые очень часто употребляют божественную силу во зло. Да что там, среди «пришельцев» тоже много таких людей. Ты хоть представляешь, какую опасность это может представлять? — Да, вполне. Я слышал историю об одном жадном придурке, который обрушил экономику Бельзерга. — Да, дело о «Руке Мидаса» навредило не только мирской сфере, но и пошатнуло тогда доверие людей к «героям». Вот только этот артефакт не был направлен на непосредственно нанесение вреда. А теперь представь преступника с оружием такой же мощи. — Хм-м-м… Я тут читал о крепости «Разрушитель» — это из той же оперы? — Верно. Причем, это даже не сам артефакт, это просто творение одного из «пришельцев», который мог сотворить все, что угодно, просто силой мысли. — То есть, мы будем искать людей, которые используют божественные артефакты во зло, конфисковать эти артефакты и каким-то образом возвращать на небеса, верно? — Да, ты все правильно понял. Этих людей мы называем «анафемы», или «величайшие еретики», ибо нет большей ереси, чем обмануть доверие богини или незаконно завладеть божественной силой с целью утоления своих низменных желаний. — Так я теперь еретик? — осторожно поинтересовался я. — Самый настоящий, — кивнул он. — Потрясающе. То есть, — я попытался подытожить все то, что услышал, — Инквизиция занимается борьбой с нечистью и ересью. Конкретно ваш департамент собирает реликвии, попадающие в этот мир с «попаданцами». Король Демонов до сих пор не побежден потому что неподготовленные попаданцы даже с божественными силами не способны его одолеть, а вы пока не можете сконцентрировать свои силы на нем одном — слишком многое останется без внимания, верно? И поэтому вы позволили разбираться с Королем Демонов авантюристам и армии. — Да, все верно, — подтвердил Утер, но тут же как-то стушевался. — Вообще-то, есть еще одна причина, по которой Инквизиции выгодно его существование… Мы… Как бы это сказать… Валим на него все, что выходит из-под контроля. Я, если что, это не одобряю. То есть, если какой-то некромант превратит город в кладбище, а его жителей в свою армию, и об этом узнают люди, мы говорим, что он был прислужником Короля Демонов. Даже если это неправда. — Все ради сокрытия правды? — Все ради сокрытия правды. У нас есть люди среди-грхмм! — он поморщился, — культистов Аксис, они пускают самые разные слухи о Короле, чтобы все сверхъестественное люди приписывали именно ему. — А что, умно, — подумал, сказал я. — Так, когда мы приступаем к работе? — Тут все сложно, — ответил паладин. — Фактически, хоть сейчас. Вот только нам все же необходимо отправиться в крепость-монастырь Аркадию, чтобы завершить формальности. — Это далеко? — Порядочно. Да еще и Северный тракт лавиной завалило, чистить будут не меньше месяца, а то и до весны, так что… — он горестно вздохнул, — опять ждать. Самое интересное, что может произойти в ближайшее время — готовые результаты допроса одной разбойницы, невесть как заполучившей реликвию. — Зато у меня будет время подкачаться, — сказал я, поднимаясь и идя в сторону выхода. — Опа, Бриан, давно тут? Мой знакомый бард и правда лежал на скамье заднего ряда. Услышав свое имя, он вскочил. — А, Жора… Я тут к тебе пришел, а тебя нет. Доктор сказал, что ты в храм ушел. Я сюда, а тебя и тут нет, я и прилег… — Он слишком много слышал, — серьезно заявил вдруг Утер. — Э? — Придется его сжечь. — Э-э-э? — Так, ну-ка угомонились! Утер, ты с ума сошел, пироман мамкин? — А что я? — сразу надулся тот. — Я ведь сказал, мы должны хранить свои дела в тайне. — Да я даже не понял ничего! — запаниковал Бриан, вскакивая со скамьи. — Утер, я тебя умоляю, кому он что расскажет? И зачем прямо сжигать, хочешь, я прослежу, чтобы он не болтал лишнего? — Нет! У меня есть идея получше! — вдруг обрадовался Утер. — Четвертование? — скептически уточнил я. — Очень смешно. Нет, теперь он, как и ты, будет числиться моим помощником! — Н-да, влип ты, приятель. — Знать бы еще, во что, — ответил Бриан, успокаиваясь, но все же опасливо поглядывая на паладина. — А я и сам только примерно понял, — весело отозвался я, — будем вникать в процессе. А кстати, чего ты меня искал-то? — Так ведь мы же авантюристы! Нам полагается охотиться на чудовищ, спасать прекрасных дам, собирать сокровища! Надо бы в гильдию местную заглянуть, квест взять… — Ясно, сам идти боишься? — я вспомнил «авантюристский кризис» в Акселе. — Опасаюсь, — уклончиво ответил он. — Квест, да? — вдруг подал голос Утер, задумчиво подпирая подбородок рукой. — А я ведь еще ни разу квесты в составе группы не выполнял… — Ну пошли с нами тогда, — предложил я. — До весны-то заняться все равно особо нечем, а так командное взаимодействие отработаем. — И то верно. 4. В итоге, мы договорились на следующий день после полудня встретиться у дверей гильдии. Бриан рассказал, как туда добраться, и мы разошлись. Уже вечерело, но я все же надеялся поспеть домой к ужину. — Тысяча чертей! — вот первое, что я услышал, войдя в небольшую гостиную. Доктор сидел у камина с крайне недовольным выражением лица, на полу в беспорядке валялись газетные листы. — Добрый вечер, — сказал я, — что-то случилось? — Случилось, черт побери! Такое случилось, что и сказать нечего! Хорошенькие же дела творятся на свете! Вот, почитай! — он протянул мне лист со статьей. Я пробежался глазами по статье и похолодел. Группа радикально настроенных авантюристов захватила ратушу Акселя и теперь город полностью во власти голодных озлобленных вооруженных молодчиков. Стражу попросту разогнали, мирное население подвергается грабежам и насилию. А ведь там мог быть и я, подумалось мне. — Ну? Каково! — расходился мистер Даймсворт. — Это все Альдарп, чертов старикашка! Наплодил зверья, чтоб ему пусто было! Дьявол, вот меня там не было! Уж я бы им!.. — Ну, теперь город придется брать с боем. — Ха! Держи карман шире! Ты почитай, кто возглавляет отряд рыцарей! Подумать только! Дастинесс! Этот холуй, тряпка, неженка! Только против монстров молодец, а в человеческой политике ни черта не смыслит! Возьмет он с боем, как же! Начнет, чертов дипломатишко, переговоры вести — и было бы с кем! С жульем, с разбойниками! Не говорить с ними надо, а дать розог десятка полтора каждому и в тюрьму! На рудники! Дастинесс! Он же мямля, рохля! А Альдарпу-то это все на руку! Как начнут разбойнички из лорда Тряпкинес веревки вить, а он тут как тут — тут подсуетится, там подмажет, и вот, все рыцари уже на его стороне, а дальше и штурм с бойней. И город освободят, и от авантюристов избавятся — все Альдарпу хорошо. Вот увидишь, он еще и обернет все дело так, что Дастинессу на орехи достанется, а тот, дурак, еще и сам ответственность возьмет! Тьфу! Тоже мне, рыцарь! Он вскочил и заходил по комнате. — Этот Альдарп — не промах. Хитрый старый скользкий пройдоха, не зря про него говорят, что он с нечистым водится. Все наверх рвется, к власти, только если предки его долбились, как бараны в стенку, то он поступает умнее. Хочет, чтобы все само решилось, а он как бы ни причем, да и вообще герой. Говоришь, лес ему для поместья рубил? А не многовато ли леса для его сарая, а? — А ведь верно… — задумался я. — Если так посмотреть, то всех срубленных деревьев хватило бы на замок целиком из дерева, не то что на поместье. — Какое там поместье! — махнул рукой Даймсворт. — Продает он лес, вот что! Двух зайцев сразу — и денежки в карман, и местность от монстров очищается. Облагораживается, так сказать. А нет монстров — нет работы авантюристам, жрать им нечего, отсюда нестабильность, разброд и шатание. А вот решит он ситуацию в Акселе, как избавит его от этих разбойников, которых сам же, подлец, и наплодил, так сразу и вес при дворе приобретет, к королевскому двору могут пригласить. Этот старый пройдоха хорошо все спланировал, это я тебе точно говорю! — Получается, Аксель потеряет статус города для новичков-приключенцев. А в Браксе не начнется тоже самое? — с опаской спросил я. — А вот это вряд ли. Разве что эти земли передадут Альдарпам, ведь Бракс — владения лорда Дастинесс. Видел особняк в городе? Он принадлежит его семье, эдакая летняя дача. Видишь ли, эти две семьи когда-то крепко дружили, даже вон поселились рядышком. Да только выпало как-то раз кому-то из молодых Дастинессов отличиться на поле боя, да так, что сам король за руку с ним поздоровался. Естественно, Альдарпам завидно стало. Вот только как ни пытались они хоть как-то отличиться и выслужиться перед королевской семьей, ничего у них не выходило. Время шло, обида росла, а с ней и амбиции. Теперь Альдарпы только и мечтают, как бы забраться повыше, да Дастинессов скинуть. Потрясенный новостью о захвате Акселя, я так и не смог заняться чем-то полезным, вроде чтения и конспектирования ботанических трудов или экспериментов с травами, и весь вечер просидел на чердаке в обнимку с Сырно, наблюдая закат и размышляя о бренности бытия. 5. Как и договаривались, на следующий день мы встретились в гильдии. Покончив с делами в лаборатории доктора, я посадил фею на плечо и отправился к местной гильдии авантюристов. Бриан ожидал меня у входа, потом подошел Утер. Наше появление в гильдии не вызвало никакой особенной реакции у посетителей, разве что некоторые хлопцы гоповатого вида приветственно кивнули нам. Я помнил их по лесоповалу и кивнул в ответ, Бриан тоже раскланялся со своими лагерными знакомыми. Как видно, сюда кризис Акселя не докатился. Народ бодро выпивал и закусывал, толпился у досок с заданиями и стоек регистрации, хвастался трофеями и громко обсуждал последние вылазки в логова монстров, куда лучше потратить награды и выдающиеся части тел официанток. В общем, типичная гильдейская рутина, какой я ее и представлял. — Слушай, — спросил я Бриана, когда мы уселись за стол и принялись за пиво в ожидании нашего самопровозглашенного лидера, отправившегося выбирать нам квест, — а разве здесь не должно твориться тоже самое, что в Акселе? Народу-то прибавилось из-за беженцев, квестов разве всем хватит? — Так ведь не только народу прибавилось, — ответил бард. — Монстры тоже мигрировали и схватились с местными в борьбе за территории и пищу, что порождает множество новых проблем, так что работы хватает всем. А что до лесорубов, так местных проблемы Акселя не особо волнуют, так что серьезных конфликтов нет, так, пьяные драки да разборки внутри или между группами. — А приезжие? Ну, которые не лесорубы? — А они что? Они здесь в меньшинстве. Да и как видишь, некогда тут отношения выяснять, — он кивнул в сторону доски объявлений, — работа не ждет. Ну, как я слышал, некоторые скандалить все же пытались… — О, я даже знаю, кто, — угрюмо отозвался я, увидев, кто входит в гильдию. — Как говорится, помяни черта… Новоприбывшими оказалась до боли знакомая мне троица — японец и его подруги. Завидев рыжее чудовище, Сырно попыталась спрятаться за мою спину. К счастью, на нас они не обратили никакого внимания, поскольку рыжая, как обычно, пилила своего спутника: — Норио, сколько можно повторять! Ты не сможешь повышать уровни, если не будешь убивать монстров! Да нам даже за квест не заплатят, потому что там четко сказано: «Убить пять гоблинов»! Убить и принести их головы в качестве доказательства! — Но Гвин, в квесте ведь сказано, что эти гоблины досаждали фермерам. Мы просто их прогнали, разве это не решило проблему? Да и разве опыт не дается за выполнение квестов? — О боги, какой же ты непроходимый идиот! Кто тебе сказал такую чушь? А твой пацифизм уже просто бесит! Ты и Короля Демонов собрался так побеждать? «Здравствуйте, извините, не могли бы вы прекратить быть злым?» — Я уверен, что даже с ним можно договориться, — не сдавался мечник. Нет, у него определенно стальные нервы, — в конце-концов, у него должен быть мотив делать то что, он делает. Нельзя же, в самом деле, бросаться с оружием на всех подряд, как ты, — и стальные яйца. Да и голова тоже как минимум деревянная внутри, решил я, наблюдая, как посох ведьмы с глухим стуком опустился на его голову. — Слышал бы его сейчас наш инквизитор, — пробормотал я Бриану, кивая в сторону японца. — Переговоры с Королем Демонов, ишь ты! Костром бы он точно не отделался. Меж тем, девица так разошлась, что привлекла внимание посетителей, сидящих за соседними столами. Не похоже было, чтобы ссора вызывала у них недовольство, наоборот, ребята ухмылялись, посмеивались и перешептывались. Похоже, перепалки этих двоих стали у местных чем-то вроде веселого представления. Я же в очередной раз посочувствовал парню и отдал должное его терпению. Эльфийка-охотница, к слову, с момента входа не проронила ни слова и держалась спокойно, как и полагается дворянке, даже немного отстраненно. — Гляди-ка, — услышал я вдруг знакомый голос, — доска с лесопилки сбежала, — это был Керан, сидевший за одним из соседних столиков. Окружающие взорвались хохотом, а «доска» яростно накинулась на эльфа, пытаясь его придушить, что только еще больше рассмешило окружающих, после чего работники гильдии выставили обоих за дверь. Норио поспешил за своей подругой, а вот эльфийка осталась сидеть в гордом одиночестве. — Здаров, Жора, — я аж подпрыгнул на стуле от неожиданности. Керан материализовался из невидимости прямо за нашим столом. — Я тебя щас охране сдам, вредитель, чтобы тебя снова выпроводили, — ответил я, отходя от испуга. — Нельзя же так пугать. Он рассмеялся, мы пожали руки и я представил ему Бриана. — А где Нандра? — спросил я, когда приветственные формальности были соблюдены. — А щас подвалит. Вон он, за наградой пошел, — он с любопытством уставился на Сырно. — Ты лучше скажи, где такую здоровую снежную фею взял? А она и правда подросла на зельях опыта. Если раньше целиком помещалась в ладонь, то теперь она была размером с голову ребенка. Никаких особых черт, правда, не прибавилось, ее рожица до сих пор представляла два больших глаза, с помощью которых она и выражала эмоции. Например, сейчас, после ухода рыжей ведьмы, она всем своим видом явно выражала удовлетворение и умиротворение. В руки же кому-то, кроме меня, однако, не давалась. В свою очередь, мне тоже стало кое-что интересно. — Ты что, украл у той ведьмы ее заколку? — спросил я, после того, как он выронил ее на стол, уколовшись в попытках погладить Сырно. — Почему украл? — обиделся эльф. — На полу подобрал. Она вечно ее теряет, и Норио просит меня или других воров ее найти, потому что у нас специальный классовый навык для поиска побрякушек есть. — И не впадлу тебе? — Поначалу было впадлу, — ответил он, подвигаясь, чтобы только подошедший Нандра смог сесть. Тут же подошел и Утер, и после еще одного ритуала представления я спросил: — Ну так, что такого в этой заколке? — Да ничего особенного, — почему-то смутился эльф, глядя куда-то в сторону. — Только не говори мне, что ты на нее запал. — Ты че, грибов объелся, аптекарь? Сдалась она мне сто лет с ее воплями. — Значит, — предположил бард, глядя в ту же сторону, что и вор — дело в той эльфийской леди, что сидит во-он за тем столиком, и уже минут пять посматривает в нашу сторону? А и правда, заметив, что за ней наблюдают, охотница демонстративно уставилась куда-то в пустоту. Мне показалось, или у нее на лице румянец? Мы вопросительно глянули на эльфа, но тот уткнулся в кружку с пивом. Я перевел взгляд на предсказателя, который делал вид, будто он тут совершенно ни причем. — На меня не смотрите, — сказал он, — я пообещал Керану, что никогда не буду говорить на эту тему. Равно как и пытаться предсказать его будущее в этом плане. — Ладно, — я пожал плечами, — дело личное. Все равно я в этих делах не помощник. Эльф воровато оглянулся и пошел к столику, где сидела охотница. — Нет, тут, в принципе, все довольно очевидно, — заметил Бриан. — Подруга интересующей его девушки теряет заколку, он ее находит и использует, как предлог для разговора. Это в какой-то мере даже романтично. Но… Зачем нужен этот предлог? Почему просто с ней не поговорить? Раньше он подобной стеснительностью и романтичностью вроде как не отличался, если я правильно помню. Нандра протестующе помахал рукой. — Нет-нет. Меня даже не спрашивайте, я дал клятву. — Клятва — дело серьезное, — строго сказал Утер, — так что проявите уважение. Некрасиво выпытывать тайны, что вам не принадлежат. — Может, дело в ее происхождении? — предположил я. — Она все-таки, дворянка, а он простой… авантюрист, — слово «вор» мне использовать не хотелось. — А она, похоже, очень даже не против его компании, — бард как бы между прочим поглядывал в сторону беседующих эльфов между глотками пива. — Нет, вы как хотите, а я обязан узнать об этом подробнее! Запретная любовь! Какая вдохновляющая тема! — Скорее, избитая и заезженная-ай! — Бриан ткнул в меня вилкой. — Ну давай, скажи, что есть в твоем городе творцы, которые никогда не писали про любовь и не вдохновлялись ею. — Слова человека, который никогда не любил! — И сохранил кучу нервов, между прочим. — Можешь сколько угодно притворяться бессердечным чудовищем, я же вижу, как ты заботишься о своем питомце! — Это — другое. — Не переживай, поэт, — подал голос предсказатель, — я помню свое видение на его счет, у него еще все впереди. — Так, — остановил я его, — ты был мертвецки пьян в тот вечер, так что это не считается. И что ты помнишь, если это было месяц назад? — У меня превосходная память, — парировал маг, — а предсказываю я только после того, как выпью. На трезвую голову я далеко в будущее заглянуть не могу. Разве что скажу, что тебе, Жора, лучше заранее сделать зелье магической защиты, да посильнее. — Зачем? — спросил Утер. — Мы идем очищать огороды от зайцев, они, вроде, магией не обладают. — Видение, — пожал плечами индус. 6. — Проклятье, Утер! Стой, лишенец! Ну куда ты опять… — Эм, Жора, там еще один… — Так сделай что-нибудь! — Так я делаю! Я вас баффаю! — А сражаться что, не будешь? — Я бард! Класс поддержки! У меня нет атакующих способностей! — М-м-мать… Утер сказал, что взял для первого раза «простой» квест — прогнать зайцев с огородов. Казалось бы, что может пойти не так? Да что угодно. Нет, добирались до места мы без происшествий, даже бодро и с ветерком, спасибо Бриану и его «Песне путешественника». Выяснение расположения противника тоже не принесло сюрпризов — ушастые особо и не прятались, внаглую раскапывая снег на огороде незадачливого фермера в поисках озимых культур. А вот потом начался цирк. Утер даже не остановившись перевести дух рванулся к ближайшему зайцу, размахивая молотом. Но тот оказался не лыком шит и едва паладин оказался на расстоянии удара, подпрыгнул и двинул ему с обеих задних ног. Только увидев Утера и зайца рядом и сравнив их не слишком отличающиеся размеры, я понял, что сильно недооценил «простоту» этого квеста. Паладин меж тем сумел удержаться на ногах, перехватил молот поудобнее и взмахнул им несколько раз, лишь чуть-чуть не задев противника, который, уличив момент, атаковал вновь, и следующим ударом выбил молот из рук парня. Я сглотнул и выпил сразу несколько усиливающих зелий, а Бриан стал яростно возить смычком по струнам, выдавая весьма вдохновляющий боевой запил. А Утер тем временем вернулся за своим оружием и снова понесся на зайца. Вот тебе и отработка командного взаимодействия, мрачно подумал я, вспоминая, как совсем недавно журил за то же самое команду японца. Нанося свой первый яд на лезвие топора, я услышал испуганный вскрик барда. Все же надо отдать ему должное — играть на ходу, а потом посреди битвы, и при этом не сбиваться с ритма и следить за окружающей обстановкой может далеко не каждый. Среагировать я не успел и сам оказался сбит с ног мощным ударом в грудь от второго зайца, топор отлетел куда-то вбок, и у меня в руках осталась только пробирка с ядом. А монстр тем временем запрыгнул мне на живот и если бы я не выставил левую руку, то здесь же бы моя история и кончилась. Заяц вгрызся мне в руку и даже кожаный рукав куртки не спас ее, лишь слегка смягчив урон. Я заорал от боли, стиснул кулак и стал колотить ушастое чудовище. Пробирка хрустнула в моей руке, яд потек по перчатке. Недавнее воспоминание о драке в лавке Акселя и лекция доктора молнией пронеслись в моем мозгу и я скорее инстинктивно, чем осознанно, применил «Нанесение». Перчатка мягко осветилась и покрылась чем-то вроде зеленоватого тумана. А после следующего удара заорал уже заяц, выпустив мою руку и тут же схлопотал молотом в бок — Утер пришел на помощь. Я с трудом поднялся. Мой косой бился в конвульсиях, истошно вопя от боли — яд, который я смешал, вызывал сильное воспаление тканей и обострял чувство боли — рецепт, который я вывел из смешения ингредиентов «перцовки» и зелья усиления восприятия. — Ну, вы добивать его будете? — спросил паладин. — А сам? — тяжело дыша ответил я. — А мне зачем? Я и так двадцатого уровня, это вам опыт набирать надо. Бриан? — Ну уж нет, — бард даже отвернулся, — никогда я не убью живое существо, даже монстра. — Как же ты уровни-то набирал? — Меня мама в детстве много овощами кормила. Я махнул рукой, подобрал топор и за несколько ударов прикончил монстра. — У тебя рука в крови, — нервно сказал Бриан. — Ого, рана серьезная, — озабоченно заметил Утер. — Если бы не бафф от барда, остался бы ты без руки вообще, — ну спасибо, блин. На себя глянь, между прочим. — Кстати, если бы подпевали, то было бы еще лучше. От совместного исполнения баффы у бардов усиливаются. — А ты не можешь ее, ну, вылечить? — спросил я паладина, медленно впадая в панику от вида кровотечения. — Не-е-ет, с чего вдруг? — он вдруг смутился. — У меня все только в боевые умения вкачано. Уже физически ощущая падение давления, тошноту и головокружение, я нащупал и выпил зелье бодрости (обычный местный кофе с добавлением нескольких трав), а потом стал наносить целебную мазь на раны. Бриан не прекращал терзать скрипку и уж не знаю, благодаря его игре, моим зельям, милости от местных богов или всему сразу, но я не потерял сознание, а рана перестала кровоточить и затянулась, а через несколько минут я снова крепко стоял на ногах и только тогда бард остановился перевести дух. — Так, — паладин положил своего зайца рядом с тем, что напал на меня. — Двоих мы добыли. — А сколько осталось? — спросил я голосом обреченного человека, подошедшего к стадии принятия неизбежного, но оставившего в душе место надежде. — Трое. — Слушай, ты в порядке? — спросил Бриан. Мне, кстати, тоже было интересно, как паладин все еще на ногах со всеми этими царапинами и порезами, от которых некогда опрятные белые одежды теперь стали в некоторых местах окровавленными лохмотьями. — А, ерунда, — отмахнулся тот. — У меня высокая выносливость, — Хорошо тебе, — проворчал я, протягивая ему баночку с мазью, — но все-таки необработанными раны оставлять не надо… Итак, джентльмены, один из нас не может атаковать вообще, второй зависит от расходников, которые не бесконечны, а еще у нас нет толкового целителя. У кого-нибудь есть идеи, что делать дальше? Мы стали обсуждать дальнейшие действия, благо, зайцы первыми нападать пока не спешили. Сырно тем временем летала вокруг нас, гоняя воробьев на деревьях, постепенно отдаляясь. Когда я опомнился, она уже парила возле заячьей стаи. — Сырно, назад! — в панике крикнул я, увидев, как один из ушастых примеряется к прыжку. Я вскочил с топором наперевес, намереваясь бежать ей на выручку, но произошло то, чего я не ожидал. Заяц прыгнул на фею, но промахнулся. Точнее, она увернулась. Я даже не успел заметить, как она это сделала, она будто телепортировалась. А косой тем временем плюхнулся на снег недалеко от нас. И тут меня осенило. — Навались! Спустя несколько секунд активной работы молота, топора и скрипки третий заяц пополнил нашу коллекцию трофеев. Ну, а добыть последних двух оставалось делом времени, благо Сырно оказалась большой умницей и отлично поняла, чего от нее хотят. Благодаря ее естественному высокому уклонению, которое она еще и развила благодаря зельям опыта, у монстров не было и шанса попасть по ней. Она выбирала отбившегося от стаи зайца, дразнила его, стараясь, чтобы он прыгнул в наш сторону, после чего монстр попадал в наши руки. Квест был выполнен. 7. Пока наш железный паладин, за весь поход так и не выказавший признаков усталости, отправился в гильдию сдавать квест, мы с Брианом решили немного передохнуть и в городе забрели в первую попавшуюся корчму с целью восстановить физические силы и душевное равновесие. Это заняло у нас около получаса, а когда мы, отогревшиеся и отдохнувшие возвращались в гильдию, там нас ожидало неприятное происшествие — мы застали Утера в окружении в середине громкого скандала, основными участниками которого оказались, конечно же, культисты Аксис. Их было всего двое: та девица, что давеча попалась страже с травой и высокий мужчина в дурацком наряде, представляющим из себя что-то вроде одежды танцора диско, подрабатывающего на полставки сутенером, с вкраплением восточных мотивов, и с прической афро, которая на его голове, перехваченной металлическим ободом с крупной бирюзовой диадемой, смотрелась довольно нелепо. Рядом стоял тот самый господин, которого вчера эта культистка ограбила. Подозревая, что и сегодня дело нечисто, я отправил Бриана за стражей, а сам поспешил к паладину на подмогу. Утер внимательно изучал какую-то бумагу, пока толстяк, брызжа слюной, насылал все проклятья небесные на культ Аксис, их родственников, знакомых и домашних животных, и грозился многочисленными карами земными, вроде каторги или рудников. Мужчина на все это только ухмылялся. — Посмотри, Жора, — когда я подошел к ним, Утер протянул мне бумагу, которая при ближайшем рассмотрении оказалась анкетой для вступления в культ Аксис, — посмотри и запомни этот символ внимательно. Если тебе кто-то когда-либо подсунет такую бумагу, смело плюй тому человеку в лицо, — с этими словами он принялся старательно рвать листок, убедившись, что символ культа был разорван первым. — Полюбуйтесь, юноша, — обратился ко мне мужчина, — полюбуйтесь на то, как своевольно церковь Эрис обращается с другими конфессиями, подвергая их притеснениям и гонениям везде, где только встречают. Верные последователи истинной богини этого мира, любящей и всепрощающей Аквы — настоящие мученики, ежедневно терпящие лишения, пока сектанты Эрис забирают себе все больше влияния… Простите, вас зовут?.. — Мистер Смит. А ты бессмертный, я погляжу, — я демонстративно отвернулся и обратился к толстяку. — Здравствуйте, что они натворили на этот раз? — А, молодой человек! Вы можете в такое поверить? Эти мошенники совсем отбились от рук: заговаривают зубы и подсовывают всякие бумажки! Да только меня не проведешь! Я всю жизнь с бумагами работаю! Я всегда читаю, что подписываю! Захотели мои денежки к рукам прибрать, а? Ну теперь-то за вас возьмутся всерьез, разбойники! Инквизиция покажет вам, где раки зимуют! — Да как вы смеете! — девица возмущенно топнула ногой. — Сами же подписали форму, так и нечего тут кричать! Никто вас не заставлял! Нечего наговаривать! Великая Аква покарает вас! — Должен признать, вы действительно неправы, — улыбаясь, сказал ее спутник. — Как я уже говорил, культ Аксис переживает непростые времена, и нам может пригодиться любая помощь. Подписав эту бумагу, вы обратите свои деньги на благое дело… — Горе-то какое, — притворно посочувствовал я. — Видимо, у вас действительно темные времена, раз вы промышляете воровством и наркоторговлей. — Что-о? Что вы такое говорите? Кто рассказал вам такую гнусность, уж не этот ли недостойный сын лживой церкви? — Я говорю только о том, что видел и слышал сам, — я покосился на девицу. «Поиск ингредиентов» на этот раз ничего необычного не показал, видимо, в этот раз она решила быть умнее. — Вот как? Кая, дочь моя, вы правда промышляли подобным? — Вот еще! Не слушайте его, отец Яго, он тоже из сектантов Эрис, — ответила та, злобно зыркнув на меня. — Притворяется обычным прохожим, чтобы подставлять наших честных братьев! Отец Яго, значит. Кажется, это главарь местных культистов Аксис? — Так или иначе, — не моргнув глазом, продолжил тот, — форма вступления уже подписана, а значит, я имею законное право… — Мало ли, что он там подписал. Как представитель Инквизиции, я аннулировал этот документ, — резко встрял Утер, бросив ему в лицо обрывки бумаги и демонстрируя удостоверение. — Вот как? — ухмыляясь, ответил Яго. — Ваш ранг в этой организации… не могу сказать наверняка, но он уж точно не дает вам подобных полномочий, юноша. Я, в свою очередь, занимаю пост архижреца церкви Аксис и вот что я вам скажу, — он наклонился над паладином, — даже Инквизиция не смеет меня трогать без веской причины. Ваши действия против меня, юноша, а также против моих возлюбленных овец будут расценены не иначе, как грех самоуправства и будут покараны соответствующе. Утер даже бровью не пошевелил. — За свои грехи я отвечу перед Эрис и перед ней только, а вот ты — он хрустнул пальцами, — сейчас ответишь мне лично за весь тот понос, что ты извергал во время этого разговора. Богохульство ведь веская причина трогать архижреца, не так ли? Яго расхохотался. Я взглянул на лицо Утера, и мне оно не понравилось. На всякий случай я полез во внутренний карман за успокоительным средством и «нанес» его на свою перчатку. — Богохульство? Не смеши меня, пацан, твоя Эрис не более, чем выскочка, ненастоящая богиня, ничтожество! Хо, что с лицом? Собираешься меня ударить? Ну так бей! Посмотрим, что скажет стража! Я положил руку с «успокоительным» паладину на плечо. Не хватало еще сейчас разборок с патрульными, которые как раз подбегали к месту происшествия. Бриана с ними не было. В другой руке я зажал пузырек с ядом, недобро глядя на зарвавшегося жреца, продолжавшего весело хохотать. — Утер, спокойно, — я попытался успокоить паладина, — сейчас не лучшее время… — Эй, стража! — продолжал веселиться жрец. — Я требую, чтобы вы немедленно арестовали этого мальчишку! Он говорил гнусности о моей пастве и нашей великой богине Акве! Ну, чего же вы стоите? — Ты совсем рехнулся, Яго? — спросил подошедший стражник. — Городская стража не подчиняется церкви, особенно твоей. Что ты со своими подпевалами натворил на этот раз? — Ах вот как? Не обязаны подчиняться? — улыбка жреца стала совсем уж жуткой. Он взмахнул рукой, бросив в стражников ворох листков. — Сейчас исправим! — Что… Что за? Стражники непонимающе уставились на свои руки, которые сами по себе дернулись к летящим анкетам и схватили их. Наблюдая за этой сценой, я заметил еще кое-что. — Ха-ха-ха-ха-ха! Что ж, офицеры Дарли и Крейг, теперь вы будете обязаны мне подчиняться! — он снова расхохотался, глядя на то, как стражники пытаются вернуть контроль над своими руками. — Что, у вас нет с собой чернил? Не беда, для подписи анкеты кровь тоже сгодится. Так вот, мистер Смит, — повернулся он ко мне, — вы человек нездешний, так что позвольте вам кое-что показать. Смотрите внимательно и запомните хорошенько, у кого здесь реальная власть. Мне открыты души всех людей, я могу свободно проникать в любой разум и склонять его к своей воле. И умоляю вас, спрячьте свой яд, у архижрецов повышенная сопротивляемость к любым вредоносным воздействиям, а нападение на представителя единственной, и я это подчеркиваю, единственной верной и истинной церкви обернется для вас печальными последствиями. — Да неужели? — пытаясь сохранять невозмутимость, ответил я. — Думаешь, справишься со всеми сразу? Он огляделся и увидел то, что минутой ранее заметил я. Культистов окружила плотная толпа вооруженных авантюристов. Увидев, как Бриан, подбежав к дверям гильдии, стал туда что-то кричать и призывно махать рукой, показывая другой в нашу сторону, после чего в окнах началось шевеление, я понял, что он зовет на помощь, а учитывая дурную славу сектантов, был уверен, что парочка-другая горячих голов выскажет готовность размять конечности. Правда, такого единодушия я не ожидал, но был рад поддержке. Преисполнившись уверенности в себе, я открыл пузырек с ядом и демонстративно вылил содержимое жрецу на ботинок. У того задергалась бровь. — Ну знаете… Это уже ересь! Из толпы стали раздаваться недовольные и угрожающие голоса. — Ты рот свой следи, кучерявый! — Опять, сука, на наши денежки глаз положил! — Тебе в прошлый раз мало надавали? — На ножи его, пацаны! — Граждане, успокойтесь! — прокладывая путь сквозь толпу, к нам подошел рослый детина, почему-то в пиджаке. — Яго, ты совсем берега попутал? Ты какого хрена к мистеру Стенсону докопался? — Не понимаю, о чем вы, — надменно отозвался жрец. — Или вы считаете себя в праве отказывать нашей церкви в наборе новых людей? Данный господин сам, добровольно подписал свое согласие… — Ложь! — взревел толстяк. — Наглая, гнусная ложь! Эти мошенники кого хочешь околдуют своими речами! — Что он подписал? Вот это? — насмешливо поинтересовался я, пнув обрывок анкеты. — О, вы об этом недоразумении… — недобро ухмыльнулся Яго. Внезапно за нашими спинами раздался звонкий хохот. — Отец Яго, я все сделала как вы и сказали! — верещала девчонка-культистка, размахивая анкетой, после чего скрылась за углом здания. — …вы ведь в курсе, что такое копировальная бумага? — весело спросил жрец. Авантюристы ринулись было к нему, но неведомая сила остановила их, не дав и пошевелиться. Нам оставалось только бессильно смотреть, как он уходит. — О горе мне! Моя репутация погублена! — взвыл толстяк, как только невидимые путы спали. — А и правда, чего они к нему прицепились? — спросил я детину, который представился, как глава гильдии. — Мистер Стенсон — важный для гильдии авантюристов человек, — ответил тот. — Он работает в банке Элроуда и через него проходят средства, предназначенные для выдачи наград за квесты. Если эти гады заполучили его в свою секту, то контроль над этим денежным потоком перейдет к ним. Черт, только этого не хватало — ходить на поклон к этим юродивым! — Этого нельзя допустить! — повысил голос Утер. — Жора, Бриан! Мы идем за ним немедленно! 8. — Вот зачем ты меня остановил? — обиженно ворчал паладин, когда мы бежали к Элроудскому банку. — Я бы закончил все прямо там! — А нам потом тебя из тюряги доставать? — О Эрис, только не говори, что ты поверил, будто бы Инквизиция не имеет права ему что-то делать? — Ну, он звучал довольно убедительно. — Пф-ф! Даже короли не смеют перечить инквизиторам! — Меня больше беспокоит, почему мы бежим за ним, а не за ней, — вставил Бриан, — документ-то у нее. — У нее репутация воровки и наркобарыги, ее в банк не пустят, я думаю. А вот архижреца обязаны, поэтому они, скорее, встретятся на крыльце банка, она передаст ему документ… — О Эрис, да причем тут эта несчастная бумажка! — разозлился Утер. — Деньги — мелочь, важнее то, что у него реликвия! — Что?! — Я как только подошел, сразу это понял! — принялся объяснять паладин. — Долго объяснять, но у меня есть для этого детектор! А потом он еще и применил ее! Хотя должен был отдать инквизиторам! Он… — Еретик? Так что ж ты молчал? — я уже пожалел, что остановил его тогда. Вместо ответа он только обиженно засопел. Мне решительно не нравилось, к чему это идет. Что делать с человеком, способным читать мысли и брать под контроль других, я решительно не знал. А ведь он не единственный обладатель мощного артефакта, с которым мне предстоит столкнуться, если верить Утеру. Только увидев один такой в действии, я усомнился в необходимости своего участия в этой авантюре. — Ну-ка стойте! — скомандовал Утер, когда мы подбегали к району, где располагался банк. Он осторожно выглянул за угол, рассматривая прохожих на площади. — Так, его еще нет… И ты оказался прав, Жора, она действительно не спешит заходить в банк. Нужно что-то придумать, пока он не пришел. — Неожиданное нападение, — предложил я, — он не должен успеть задействовать реликвию. — Вы серьезно собрались сражаться с архижрецом? — настороженно спросил Бриан. — Слов эти животные все равно не понимают, — пожал плечами Утер. — Ну тогда… — бард задумался. — Утер, ты ведь уже получил нашу награду, верно? — Вот тебе прям срочно надо? — У меня есть идея, но нужны деньги! — Знаешь, — задумчиво пробормотал я, — дай и мне тоже, я тут в лавку за зельями сбегаю, а то мои кончились. Утер закатил глаза и достал мешочек с деньгами. Когда я вернулся из лавки, Бриана нигде не было видно, а паладин уже стоял перед банком, тщательно превращая копию анкеты, подписанной мистером Стенсоном, в труху и совершенно не обращал внимания на рыдающую культистку, тщетно пытающуюся воззвать к милосердию у прохожих. А тем временем к банку уже подходил размашистыми шагами отец Яго. Я нервно вздохнул — похоже, внезапную атаку придется проводить мне. Я стал аккуратно обходить площадь, заходя жрецу за спину, пока тот пререкался с паладином. Однако я недооценил наблюдательность девчонки, поднявшей крик, едва я попытался приблизиться на расстояние удара. — А, мистер Смит, — невозмутимо отреагировал на мое появление Яго. — Похоже, вы не хотите внять голосу рассудка. Что ж, как не прискорбно, но мне придется силой направить вас на путь истинный, ради вашего же блага. Я ощутил покалывание, будто десятки маленьких иголок впились в мою кожу. Я попытался пошевелиться — тщетно, я намертво застрял на месте. Жрец подошел ко мне и вручил анкету для вступления в культ Аксис. Мои руки стали сами выводить слова. Как бы я ни старался сопротивляться, как ни напрягал мышцы, закрыв глаза и стиснув зубы, ничего не выходило. Вдруг я почувствовал сильный удар в лицо, а после — пустоту. Очнулся я от ощущения чего-то холодного на моем лице и тут же вместе с этим ощутил боль, да такую, что чуть не взвыл. Услышав жалобное попискивание, я с трудом открыл глаза и увидел Сырно, беспокойно летающую вокруг моего лица. Еще толком не придя в себя, я будто сквозь сон услышал слова Яго: — …неблагодарных тварей вроде вас! — звук удара. — Госпожа Аква беспокоится о нас всех, она посылает в этот мир своих героев, чтобы освободить его от гнета Короля Демонов, и вот ваша благодарность ее верным последователям? — опять удар. Приподнявшись, я увидел, как он держит обездвиженного Утера за воротник и лупит его свободной рукой. Я снова лег на снег, так как боль была уж очень невыносимой, и принялся искать обезболивающее. Заодно я заметил и причину этой боли — рядом со мной лежал молот. А Яго тем временем продолжал, распаляясь все больше: — Преследования, гонения, унижения, оскорбления! Вот что мы получаем за верное служение нашей великой богине! Богине, благодаря которой мы все существуем, слышишь, ты, эрисова псина! Я заметил, что все еще держу злосчастный листок в руке. Я уже собрался выкинуть его как вдруг кое-что привлекло мое внимание. На анкете корявым почерком было выведено «Мистер Сми…», видимо, молот Утера не дал мне дописать. Стоп. Это ведь не мое имя. Да, я так представился, просто для прикола, но… Но если он умеет читать мысли, как хвастался, то почему он об этом не догадался? Сырно вдруг заметалась вокруг моих рук, потом начала летать туда-сюда, поглядывая на меня. Я непонимающе следил за ней. Она снова посмотрела на меня, словно пытаясь что-то сказать, а потом стала наматывать круги по спирали, будто летя вдоль пружины. Она будто что-то показывала мне, что-то, что я не мог увидеть. Я достал немного порошка, с помощью которого еще в Акселе доктор помог мне найти «невидимок» и бросил немного в сторону Сырно. Частички порошка медленно оседали на землю, но стоило мне пошевелить рукой, как некоторые из них завертелись смерчем, будто образуя… нить. Внезапная догадка поразила меня. Я добавил порошка и теперь четко видел нити, тянущиеся от моих рук. Сырно закивала, а потом ткнулась мне в лоб. Я попробовал схватить эти «нити», но ничего не выходило. Ага, вот оно что. Видимо, это проявление магии, подумал я, поэтому я не могу к ним прикоснуться физически. Вот этими нитями он и контролировал наши движения, но как быть с чтением мыслей? Он действительно умеет их читать или просто блефовал? Во всяком случае, если его воздействие на тело магическое, а не ментальное, значит… Ай, Сырно, что ты делаешь? Зачем ты тыкаешь этой ледышкой мне в лоб?.. Яго продолжал ругаться и избивать паладина. Я поднялся и тут же из таверны напротив банка грянул оркестр. Я сразу узнал мелодию, которую с моей подачи сочинил Бриан. Вот, значит, куда ты подевался, занял выгодную позицию, а? От музыки я ощутил прилив сил и даже боль притупилась. — Хочешь, я скажу, о чем ты сейчас думаешь, щенок? Хочешь? — уже буквально орал Яго в лицо паладину. — Скажи, о чем думаю я, — пробка с громким хлопком вылетела из горлышка пузырька. — Вы? Нет, это упрямство мне решительно непонятно, — жрец яростно обернулся ко мне. Я стал медленно приближаться к нему, грозно поигрывая пробиркой. — Похоже, вас уже не спасти. Знаете что? Выпейте-ка свой яд сами, мне надоело с вами возиться. Снова покалывание в руках и содержимое пузырька перетекает внутрь моего организма. Я скорчился и грохнулся на землю. Падая, я заметил, как Сырно парит над его головой, держа перед собой ту самую ледышку, и тут до меня, наконец, дошло. Убедившись, что он снова сосредоточил свое внимание на паладине, я снова встал. Покалывание больше не ощущалось, и теперь я был окончательно уверен, что мысли читать он не умеет, иначе знал бы, что я выпил не яд, а зелье сопротивления магии, купленное мной несколькими минутами ранее, поскольку я решил на всякий случай прислушаться к совету Нандры. Я бросился вперед, он обернулся и я попытался зарядить ему кулаком в живот, но едва ощутив знакомое покалывание, моя рука остановилась вместе со всем телом. — Да вы что, издеваетесь? — он схватил меня за волосы и попытался поднять. — Sike! — от нахлынувшего адреналина я даже не почувствовал боли и моя якобы застывшая рука дернулась к его лбу. Мне удалось лишь немного подвинуть ее, прежде чем она застыла окончательно, но все же я успел схватить диадему, на которую так была похожа ледышка, которой в меня тыкала Сырно. Он резко отстранился, и она слетела с его головы. — А-а-а-а-а! — он в панике попытался отобрать ее обратно, но затих после пары ударов и когда я достал топор. — Я так и знал, что это диадема, — утирая кровь с лица подал голос Утер. — Долго же ты соображал. — А вот обязательно было кидаться?.. Эй ты, на колени! — рявкнул я жрецу. Тот послушно плюхнулся в снег. — Смотри-ка, работает! — мне вдруг стало весело. — Я действительно могу управлять людьми! Ты как там? — Бывало хуже, — внезапно спокойно ответил Утер. — Граждане, расходимся, работает Инквизиция, не на что тут смотреть! — крикнул он собравшейся толпе, предъявив удостоверение. Народ быстренько начал рассасываться по своим делам. — Подержи-ка его. Я схватил Яго за волосы и развернул к паладину. — Э-эй, вы же понимаете, что это вам с рук не сойдет? Я архижрец! Вы не имеете права! — и куда делась его самоуверенность и насмешливость? — Дядя, инквизиторы королей на трон сажают, а потом снимают, когда хотят. Мы работаем на благо всего человечества, мы защищаем его от опасностей, которые оно не видело и в страшных снах. Если армии и авантюристы — щит и меч человечества, то мы — скрытый клинок и кольчуга под рубахой, мы вне закона, мы сами себе закон, и нам дозволено больше, чем простым смертным. Дозволено богами, ранг у которых побольше, чем у Аквы. Я, Утер Скайтир, паладин Межконфессиональной Инквизиции, и я в равной степени уважаю всех богов. Но не их последователей. Мне плевать, кому ты поклоняешься до тех пор, пока ты не начинаешь порочить имена других богов. Хрустя пальцами, он медленно приблизился к нам. Догадавшись, к чему идет дело, я выпил еще и зелье силы и покрепче сжал волосы архижреца. — Я ведь уже говорил тебе, что за богохульство в адрес Эрис ты ответишь мне по полной. Но ты совершил еще один тяжкий грех. Уж и не знаю, где ты достал божественную реликвию, но присвоив ее себе, ты нарушил положение церковного устава, предписывающее немедленно возвращать подобные артефакты в ближайшее отделение Инквизиции, и как архижрец, ты должен был знать об этом. — Да, я архижрец, — прохрипел Яго, — я архижрец великой богини Аквы, и я имею право… — Во имя Эрис, — вздохнул Утер. — Ваша братия и правда не понимает слов. Для Инквизиции все еретики и богохульники… — он воздел кулак над дрожащим преступником, — …абсолютно равны! От града ударов голова Яго дергалась туда-сюда, и если бы не зелье силы, то я бы дергался вместе с ним. Я просто диву давался, откуда в этом пареньке столько выносливости и решимости и сделал себе заметку на будущее — постараться его не злить. Заметив, что он размахивается для завершающего удара, я отпустил голову несчастного и он отлетел на пару метров, да там же и остался лежать, подергиваясь от боли и унижения. Девчонка под шумок сбежала, и больше я ее никогда не видел. К нам подошел довольный и слегка смущенный Бриан, извиняясь за то, что отсиживался на галерке, пока мы принимали бой. Никто на него не был в обиде. Утер подозвал стражников и указал им место, куда нужно было доставить архижреца. Я гладил нашу ледяную спасительницу и подумывал о том, где бы в этом мире достать мороженое, чтобы ее угостить. Наша троица не сговариваясь направилась в сторону гильдии — принести радостную новость авантюристам и отметить первый успешный совместный квест и первую совместно добытую реликвию. Похоже, мы все же сработаемся.