У меня есть голос (Это моя песня)

Все началось с простуды, и, вероятно, этим все и было. Джорджину привезли домой восьминедельной, маленькой, но относительно здоровой. Что ж, здорова, если не считать гипотонии. И мышечные спазмы. И трудности с кормлением. Он изо всех сил старался изо дня в день не думать о том, на что могут указывать эти симптомы, особенно вместе взятые. Тем не менее, Джорджина Джонс была довольно здоровым ребенком примерно через два месяца после того, как вернулась домой. Затем все началось с насморка. Это, как он читал, было не редкостью. Приближалась зима. На улице было холодно. Младенцы начинают сопеть. Не так уж и серьезно. Пока насморк не превратился в плач, и ее тело буквально горело, когда он поднял ее. Это принесло ей поездку в больницу.

***

Они сказали, что просто простуда. Но это был первый раз, когда они вернулись в больницу после выписки Джорджины. Она корчилась на бумаге экзаменационного стола и плакала. Как в том крошечном инкубаторе, с тонкой как бумага кожей и трубками, выходящими из ее тела. И быть в больнице, снова там, это просто все привело к началу. Привело к тому, чтобы быть родителями больного ребенка. О ребенке, чье будущее было неопределенным, не обещанным. Быть объектом пристальных взглядов, жалости, слышать плач своего ребенка и понимать, что ты ничего не сможешь сделать. Будучи таким же бесполезным, как и при ее рождении. Он читал о травмах и посттравматическом стрессе. А рождение Джорджины было травматичным, никто не мог отрицать. Но он думал, что это прошло. Он должен был. У него был прекрасный ребенок, великолепная девушка и отличные друзья. Жизнь была замечательной, пока он не услышал потрескивание бумаги на столе в кабинете врача, а затем вернулся к тому, с чего начал. И в этот момент он больше не может этого выносить, поэтому он берет своего ребенка, одетую только в ее подгузник, прижимая к себе ее горячее тело. - Все в порядке, детка, - успокаивает он. - Папа здесь, папа рядом. Все хорошо. Врач смотрит на него сочувственно, и Бетти сжимает его руку. - Просто простуда, - повторяет доктор. Это было несерьезно. Пройдет через несколько дней. Но крошечные ручки его ребенка цепляются за него, и решение принимается тут же. Он ее отец. Он защитит ее.

***

Шерил пытается подержать ребенка, но получает бесцеремонный выговор. Бетти удается подержать ее, но когда он принимает душ, он делает это в рекордно короткие сроки. Он держит ребенка на руках, пока ест, чистит зубы и отвечает на электронные письма, и это пятидесяти минутная борьба, чтобы заставить его уложить ее в кроватку. Он уверяет Бетти, что включит ее музыку для сна и присоединится к ней в их постели, поэтому она мягко пожимает его руку, целует ребенка и уходит. Проснувшись на следующее утро, она понимает, что он не ложился спать. Нет, он все еще лежит на полу в детской, положив одну руку на кроватку на спину ребенка, крепко спит и пускает слюни. - Так сексуально, - саркастически бормочет она, прежде чем наклониться и провести рукой по его волосам. - Дорогой? Время вставать. Он просыпается, как солдат по команде, и она хватает ребенка раньше, чем он успевает. Прижавшись губами ко лбу Джорджины, она издает гул. - Небольшой жар. Она на пути к выздоровлению. Джагхед медленно садится, вытирая остатки сна из глаз: - Думаю, я ... заснул. Бетти улыбается и целует его в лоб. - Я знаю, что ты беспокоишься. Но ей становится лучше. И тебе по-прежнему нужен сон. Обещай мне, что сегодня ты пойдешь спать, как нормальный человек? Он кивает, и он действительно намеревается. Но в ту ночь он обнаруживает, что в ее ночнике разрядились батарейки. Поэтому он говорит Бетти, чтобы она ложилась спать, что он поменяет их и будет с ней всего через несколько минут. А на следующее утро он спит на полу, ее детское одеяло накрывает ему голову. На следующий день он говорит, что ему нужно проверить датчик угарного газа, что, по его мнению, он видел мигающий свет, а это было небезопасно для детской. И не беспокойся о том, чтобы встать сегодня вечером, уверяет он ее. Она передает ему бутылочку, и он может накормить ребенка. В любом случае ей нужен сон. А на следующее утро он лежит на полу, положив руку на спину ребенка, и выглядит более изможденным, чем она когда-либо видела. (Она знает, что она не единственная, кто так думает, потому что Шерил не скрывает, что говорит ему, что он похож на Билли Армстронга примерно в две тысячи четвертом году.) Прошло три дня, и на этот раз она отказывается ложиться спать, пока он не окажется с ней в постели. На это требуется полчаса убеждений и несколько ложных срабатываний, но он это делает. Поэтому это немного шокирует, когда на следующее утро она просыпается и обнаруживает, что его половина кровати пуста, а он сидит, прислонившись к кроватке, с взлохмаченными волосами и явными мешками под глазами.

***

В этот день у Джорджины спадает лихорадка, и ее тело остывает. Она снова воркует и засыпает рядом с Бетти, взяв ее бутылку. Хорошие приметы вокруг, но Джагхед все еще выскальзывает из постели в течение следующих трех ночей после того, как она заснет. Через неделю после того, как ребенок впервые заболел, она просыпается в предрассветные часы от голодных криков ребенка и снова находит Джагхеда на полу детской. - Детка, - вздыхает она. - У нее прошла лихорадка. Опасность миновала. Почему ты еще здесь? Он пожимает плечами. - Мне нужно было увидеть ее дыхание. Бетти поднимает Джорджину с кроватки и начинает ее кормить. - Знаешь, у нас есть радионяня. - Я знаю. Но я чувствую, что если я здесь, она ... в безопасности. Как будто я выполняю свое обещание, чтобы с ней ничего не случилось. Эти слова поражают Бетти, и она наклоняется к нему, нежно целуя. - Джагги, ты отличный папа. Он смотрит вниз, качая головой. - Нет, правда. Ты отличный папа, и ей так повезло с тобой. И я знаю, что мы с ней пережили, это было нелегко. Так что я поняла. Она кладет пальцы ему под подбородок и поднимает его лицо, чтобы встретиться со своим. - Но ты тоже должен помнить, все закончилось. Она здесь, и она здорова. Он медленно кивает. - Я знаю. Она кладет голову ему на плечо. - Я знаю, что это так. Иногда кажется безумием, что она здесь. - Да уж. Чувствуется, что мы счастливчики, что это происходит с нами. Бетти хихикает. - Я почти уверена, что это образ мышления родом из Ривердейла. Долгая пауза. - Может, нам стоит подарить ей одну из тех носков для наблюдения. Возможно, тебе станет легче. Он кивает. - Может быть. Если я знаю, что с ней все в порядке. Бетти медленно встает, чтобы уложить ребенка обратно в кроватку. - Я проверю это завтра. А пока посмотри на нее. Они оба смотрели на спящего ребенка, на линии ее личика, на мягкие черные волосы. А утром Шерил находит их обоих, лежащих в объятьях друг друга на полу в детской, крепко спящими.