Класс D-1: Отстающие

Немного постояв в темном коридоре, я медленно направилась обратно на трибуны. Когда я поднялась, на арене уже никого не было, только Ардаган восседал на своем месте, уткнувшись в телефон. Я демонстративно прошла мимо, уселась на сидение и расслабленно откинулась на спинку. Рука немного болела, но целительница предупреждала, что такое может продлиться еще несколько дней, пока рука восстанавливается. Все же, даже Посвященные с такими способностями не способны мгновенно залечить тяжелые раны. И это вполне естественно. Они могут спасти жизнь, вовремя оказав первую помощь, но не думаю, что это гарантирует полное восстановление. В том смысле, что ранения могут оказаться такими тяжелыми, что даже опытные целители не смогут вырвать пострадавшего из рук смерти, или же полностью вылечить его. В таком случае уже никакие способности не помогут. Я недовольно фыркнула. Я все равно считаю, что проводить такие опасные соревнования — плохая идея. Взять, к примеру, ловушку с шипами. Если бы я не отлетела немного дальше, можно было бы заказывать гроб, ведь мое тело буквально проткнули бы десятки острых шипов. Один из них в любом случае задел бы сердце или шею, голову, желудок, да все, что угодно! Никакие целители бы меня уже бы не вытащили с того света. И дело здесь совсем не в том, что я — слабачка. С каждым, даже самым сильным и опытным бойцом могло случиться подобное. Ладно, я просто оправдываю себя. Хотя это не отменяет того факта, что такое действительно могло бы произойти с любым человеком. Время летело незаметно. Два часа пронеслись, как пару минут, и трибуны вновь начали заполнять ученики. Одноклассников еще не было видно, хотя остальные уже прибыли, и я беспокойно поглядывала в сторону выхода с трибун. Гул голосов отвлекал меня, мысли путались, но я продолжала наблюдать, хотя иногда переводила взгляд на арену, чтобы убедиться, что испытание еще не началось. Я в очередной раз посмотрела на поле, после обратила внимание на выход с трибун и замерла. У лестницы, недалеко от парапета, стоял высокий молодой парень, может быть, лет двадцати пяти, и смотрел, не отрываясь, прямо на меня. Я вздрогнула, по спине прошелся холодок. У него были необычные длинные черные волосы, он был бледен, как смерть, красив, но его внешность отталкивала. Возможно, дело было в его черной, густой, как смоль ауре. Мне показалось, что я могу видеть ее и даже прикоснуться к ней. Взгляд его черных глаз не на шутку испугал меня, но на секунду мне показалось, что они посветлели, стали почти прозрачными, однако, я подумала, что мне привиделось из-за расстояния. Краем глаза я заметила, как Ардаган поднял голову и быстро стрельнул в меня неприязненным взглядом, после чего повернул голову. И снова резко посмотрел на меня, видимо, заметив странное выражение на моем лице. В этот момент следящий за мной парень хищно, угрожающе ухмыльнулся, и я вдруг заметила, как его шею обвила черная, тонкая змея со страшными красными глазами. Я отшатнулась, едва не соскользнув на пол, и нахмурилась. Ардаган медленно перевел взгляд туда, куда смотрела я, но парня там уже не было. Мне вообще показалось, что его никто не заметил, потому что ни один ученик не повернул голову и не обратил внимание на странного человека с длинными волосами, одетого во все черное. Во рту у меня пересохло, захотелось пить. Я не могла унять дрожь. Что-то в этом человеке было пугающее. Я не могла отделаться от чувства, что он все еще смотрит на меня своими ужасными черными глазами и ухмыляется. От него исходила опасная сила, угроза, и внутри меня все содрогалось от страха. Неужели началось? Кто-то узнал о моем имени? Я никогда не видела его в академии, возможно, он из ордена. Подумав логически, я поняла, что это было бы странно. Думаю, если бы Глава ордена узнал об этом, вызвал бы меня к себе или отправил за мной своих подчиненных. Но этот парень лишь наблюдал. И намерения у него явно были не хорошими. Тогда, есть вероятность, что именно он стер мое имя из книги. Но почему именно я? Это дело становилось все более и более запутанным. Я не знала, чему и кому верить. Но было кое-что, что не давало мне покоя. Если я действительно права, и этот человек вообще не из ордена, а, предположим, один из Отступников, то как он проник в академию? Это подтверждает теорию о том, что внутри академии есть предатель. Но найти его почти невозможно! Здесь учится около четырехсот учеников, а также преподавательский состав и нельзя также исключать работников студенческого городка. Это около тысячи человек! Любой может оказаться предателем. Никому нельзя доверять. Ардаган почти не отреагировал на мое странное поведение, но я почему-то подумала, что он насторожился. На трибуны ворвались запыхавшиеся одноклассники, которых я поспешила отчитать. Беатриса и Ректус поспешили извиниться за опоздание, остальные смело проигнорировали меня и расселись по местам. Теодор любезно передал мне пакет со свежими булочками и шоколадку и держал в руках стакан с чаем, потому что вторая рука у меня была не работоспособной. Мне было немного неловко использовать друга как подставку, но Теодор заверил меня, что ему приятно быть мне полезным. Я неловко улыбнулась, чувствуя, как теплеет на душе от такой заботы, и поспешила перекусить, пока испытание не началось. — Надеюсь, в этот раз нам повезет, — пробурчала Ариста. — Да ладно тебе, — легкомысленно проговорил Синелис, закинув ногу на ногу. Он выглядел спокойнее других, и ему явно не было дела до соревнований. Мне даже показалось, что ему все равно, каким будет исход состязаний. — Кана очень даже неплохо справилась. — А кто-то говорил, что из-за меня мы окажемся на дне, — язвительно протянула я, слегка наклонившись вперед, чтобы увидеть профиль гордо восседающего в начале ряда Ардагана. Я не могла подавить совершенно дикое желание задеть его и выставить неправым перед другими. Думаю, это естественно, когда не хочется молча проглатывать обиду, и появляется желание ударить также сильно в ответ. — А это не так? — ответил тем же тоном Ардаган, не одарив меня даже злым взглядом. — Выход ты не нашла, дак еще и заработала себе болячки. Только проблемы от тебя. Теперь все будут бегать за тобой, как за тяжело раненой. Человеком я была довольно хладнокровным, по крайней мере, раньше, но после встречи с этим парнем я чувствую, как все внутри меня медленно, но верно закипает, и в один момент я точно сорвусь. И даже его лед не сможет остудить мой пыл. Но сейчас я глубоко вдохнула, успокаиваясь, и вернулась в прежнее положение. Меня радовала только одна мысль. Когда-нибудь он допрыгается и получит по заслугам. И в этот момент я буду рядом и запечатлю эту картину в своей памяти на долгие годы. Да еще и посмеюсь над ним. — А они могут вызвать на испытание повторно, если попадется листок с именем ученика, который участвовал в прошлых заданиях? — вопрос Трисы привел меня, как и большую часть класса, в ужас, и пакет едва не выпал из моей руки. — Давай, каркай! — истерически вскрикнула я, дернувшись, и зашипела от боли. — Нам с тобой только этого не хватало! — Третье испытание — самое сложное, — отстраненно проговорил Ректус. — Первые два испытания были легкими даже для нас, потому что в каждом из них было преимущество для таких, как мы. В первом Триса использовала свою силу без контроля, так как это было намного эффективнее. Во втором Кана могла не использовать свою силу, потому что, как я предполагаю, на этих черных существ не действовали способности, и она использовала то, что у нее было — неплохая физическая подготовка. Я опустила глаза. Все это ложь. Я была не одна, Лукас был моим проводником и защитником. Это была не удача, а только его мастерство и… мои проклятые способности. То, что я годами оттачивала, и то, что я предпочла бы не вспоминать. Если бы я не была той, кто я есть, то даже с помощью Лукаса провалилась бы на первой ловушке, даже не дожив до встречи с клоном. Я окружена ложью, которая, словно туман, отделяет меня от внешнего мира. Но мне не стыдно, потому что это мой путь к свободе и безопасности. Без лжи невозможно выжить. К сожалению. А может быть, к счастью. — Мы выехали только благодаря удаче, — продолжал мрачно вещать Ректус, то и дело нервно поправляя очки. — Но третье испытание не даст нам выйти вперед так легко. Лишь при одном раскладе мы сможем выйти победителями. — При каком? — поинтересовался нетерпеливо Вилл. И тут же ответил на свой вопрос, устремив взгляд в начало ряда. Мы дружно посмотрели на недовольного по жизни Ардагана. Именно так. Если из коробки вытащат имя Ардагана, мы будем спасены. Только он способен поднять нас со дна. Его контроль способности поражает, у него в руках большая сила. Он сражался с Лукасом — одним из лучших учеников академии — почти на равных. Единственное, чего ему не достает, — это уравновешенности. Ардаган неспокойный, вспыльчивый и ужасно грубый. Из-за этого он показывает себя как незрелый мальчишка, и именно поэтому Лукас посчитал, что ему не место в классе с рангом «A». Но для нас сейчас Ардаган — спасение. Если только Госпожа Удача поможет нам. Наконец, на арене появился весь преподавательский состав, рядом с директором гордо вышагивал статный Лукас. Я подалась вперед, с интересом разглядывая своего союзника. Хорош. Отрицать тот факт, что Лукас был красив, было глупо. Он был прекрасен, как Аполлон. Золотистые волнистые волосы будто сияли на свету, голубые глаза, почти всегда чуть прищуренные, были глубокими и сверкали, как драгоценные камни, тонкие черты лица выдавали в нем аристократа. Он был высок, фигура его была идеальна, как у статуи, — результат упорных тренировок. Я фыркнула и откинулась на сидение. Слишком красив. Думаю, иногда это может быть сущим наказанием. Директор громогласно объявил: — Начинаем третье испытание! Самое сложно задание — «поединки»! Я поморщилась. Если судить по рассказам Тимории, поединки — самое страшное, что могло с нами случиться. Я ощутила, что весь класс уже окончательно потерял весь настрой, видимо, тоже понимая, что один на один нам с ними не справиться. Если только это не будет Ардаган. Я готова была молиться всем, кому только можно, чтобы удача повернулась к нам лицом и из коробки вытащили имя самого заносчивого и вспыльчивого человека в академии. Директор тем временем продолжал. — Выбор противников я предоставляю Главе Ученического совета, — он махнул рукой на улыбнувшегося и слегка театрально поклонившегося Лукаса. — После того, как классы будут определены в пары, я вытащу имена участников. Господин Дигнита, прошу вас. Лукас медленно подошел к столу, он будто плыл по воздуху, так плавно он передвигался, и опустил руку в одну большую коробку черного цвета. Несколько секунд он шарил рукой по дну коробки, но наконец извлек на свет одну бумажку. Развернул и вслух прочитал: — Класс C-2 против… — он вытащил еще одну бумажку. — класса A-1. — Он быстро достал оставшиеся. — Соответственно, класс B-2 против класса D-1. Мы обреченно вздохнули. Еще один сильный класс. Теперь точно не на что надеяться. — Предлагаю пойти домой, — тихо протянула Ариста, сложив руки на груди. — Мы уже проиграли. Нечего позориться. — Помолчи, — одернул ее Синелис, и девушка выразительно хмыкнула. — Благодарю, — директор одарил Лукаса легкой одобрительной улыбкой, на что парень ответил точно также, и прошел к столу. Преподаватели убрали большую коробку и на ее место поставили четыре уже знакомых нам. — А теперь пришло время выбрать последних участников наших соревнований. Вы волнуетесь? — Он посмеялся, разряжая напряженную атмосферу, и послышались смешки. — Я тоже! Не будем тянуть, давайте узнаем, кто из этих четырех принесет победу своему классу! Он протянул руку к коробке с надписью «A-1», медленно вытащил бумажку, развернул ее и нарочито тягуче протянул: — Класс A-1 — Александр Зэллад, — ученики этого класса возликовали, одобрительно засвистели и запрыгали. Следующая коробка. «B-2». Я напряглась. Наш соперник. Кто же ты? — Класс B-2 — Кейл Роуз. Я прищурилась, пытаясь рассмотреть среди учеников класса B-2 Кейла, на которого накинулись с поздравлениями, но ничего не увидела. — Класс С-2 — Шарлотта Нейт. Мое сердце забилось, я крепко сжала свободной рукой края своей юбки, и нетерпеливо подалась вперед. — Класс D-1… — недовольный голос директора потонул в наших восторженных, счастливых криках. — Ардаган Филеро. У нас все еще есть шанс на победу! *** Первый поединок начался так стремительно, что я не успела вздохнуть. Шарлотта Нейт явно проигрывала Александру, но держалась достойно. В основном она использовала свою способность — сгустки черной энергии — как барьер, защищаясь от мощных звуковых атак противника. Она лепила из сгустков плотную стену, опиралась на нее и крепко прижимала ладони к ушам. Но когда ее показывали на большом экране, можно было заметить, как ее ладони стали красными. Из ушей шла кровь, но она сдаваться не собиралась, если судить по ее выражению лица. Она была похожа на солдата. «Стоять до последнего!» — кажется, я слышала ее мысли. То, что исходит из ее сердца. С трибун, пытаясь перекричать Александра, раз за разом посылающего в ее сторону звуковые волны, доносились очень громкие восклицания. Весь класс поддерживал Шарлотту, как мог. Я невольно прониклась к ней уважением. Она не могла пошевелиться, об атаке даже и речи не шло. Александру надоело ждать, и он, не прекращая кричать, бросился вперед. Чем ближе он подбирался, тем слабее становилась Шарлотта. Она крепче прижимала ладони к ушам. Было заметно, как дрожат ее ноги. Слепленная стена стала напоминать желе и свернулась, как бумага, открывая спину девушки противнику. Но Александр оказался настоящим джентльменом. Он слегка коснулся плеча Шарлотты и громогласно объявил: — Я выиграл! И девушка не смогла возразить. От слабости она просто повалилась на землю. Александр едва успел подхватить ее, пока она не ударилась головой. — Это было быстро, — разочарованно выдохнула Ариста. Я недовольно поморщилась, касаясь рукой уха. Нас от звуковой волны защищал барьер, поэтому прямого воздействия не было, но люди с чутким слухом, такие, как я, почувствовали сильное давление. — Лучше так. Я уже схожу с ума, — нервно проговорил Виллитер. — Что с нами будет? — Если Ардаган сделает все как надо, мы не останемся на дне, — вступил в разговор Синелис. Он нетерпеливо сжимал пальцами ткань брюк на коленях, и в предвкушении подавался вперед, надеясь запечатлеть этот момент в памяти. — На дне мы не останемся, но и выше уровня моря не поднимемся, — серьезно заявил Ректус, поправляя очки на носу привычным движением. Даже в такой волнительный момент он сохранял спокойствие, и мне даже казалось, что его не особо волнуют результаты этих соревнований. — Уже что-то, — тихо буркнул Тео, и я согласно кивнула, опустив голову на его плечо. Я чувствовала себя уже порядком уставшей, но из-за волнения сердце заходилось в бешеном ритме, и я едва замечала, как подрагивают мои коленки. — Кто бы что не говорил, а Ардаган красавец. Опасный красавец, — восхищенно присвистнула Беатриса, и я обратила внимание на арену, куда уже вышла следующая пара противников. Для боя им выдали темную форму: свободные штаны, высокие сапоги и водолазки с высоким горлом. У Ардагана на руках красовались черные перчатки. — Вспыльчивый, противный и неуправляемый, — парировала Ариста, хмыкнув. — Но красавец. Все девушки падки на такую красоту. — Будто ты — нет. Это правда жизни, — Триса бесстрастно пожала плечами. — Прежде всего люди смотрят на внешность, а уже потом на характер, душу и все такое прочее. Просто нужно научиться совмещать это. Я удивилась тому, что разговор ушел в какое-то другое русло. Парни предпочли не вмешиваться и оставить девушек спорить о своем, я последовала за ними. Мне сейчас точно не до разговоров о парнях. Поединок начался! Ардаган мгновенно сориентировался и махнул рукой вперед: перед ним земля стремительно покрывалась льдом, направляясь в сторону застывшего от удивления Кейла. Филеро вскочил на лед и, словно пуля, рванул вперед. — Разве на Ардагана не действует его же кислота? — взволнованно спросила Церелия. — Без понятия, — покачала головой Триса. — Видимо, нет. Он несся по льду, будто на нем были коньки и его подгонял ветер. Кейл все еще не мог собраться, а Ардаган приближался. Но когда лед едва не достиг его ног, парень очнулся и с силой топнул ногой. Земля задрожала и раскололась, а вместе с ней и кислотный лед Ардагана. — Землетрясение? — ахнул Сиэль, и мы дружно подались вперед. Я прищурилась, пытаясь разглядеть Кейла получше. — Сильная способность. — Сильная, — согласилась я. — Но присмотритесь. Трещины, которые расползаются от него, нестабильные. Они то исчезают, то появляются, словно мираж. Это говорит о том, что он не очень хорошо контролирует способность. — В отличие от Ардагана, для которого его сила — продолжение его же собственного тела, — подвел итог Ректус. Я важно кивнула. Ардагану было все равно на расколотую землю. Создав себе ледяной трамплин, он почти взлетел над ареной, едва не уперевшись в защитный купол, а после махнул руками по сторонам. Окружив противника стеной, Ардаган спрыгнул, съехал по еще одной ледяной горке и оказался лицом к лицу с Кейлом. Запертый в ледяной крепости, стены которой могли оставить опасные ожоги на коже, парень не знал, что делать. Способность Кейла, к тому же, плохо контролируемая, была бесполезна против Ардагана. Парень принял поражение с достоинством и даже протянул руку Ардагану, но тот, презрительно фыркнув на него, демонстративно проигнорировал его и поспешил уйти с поля боя. Анализируя третий этап, я смогла кое-что понять. Для нашего класса испытания прошли довольно легко, потому что каждый из нас имел преимущество в задании, в котором участвовал. В первом испытании контроль мешал Трисе, но он и был ее самым слабым местом, поэтому она отпустила ситуацию и использовала способность на все сто процентов. Во втором, чтобы победить клонов, не нужна была способность. Я не могу использовать свою силу, поэтому испытание прошло легче, чем я предполагала. А в третьем — в поединках — был важен именно контроль способности. Среди нас только Ардаган мог победить в этом испытании. Никто не умеет контролировать свою силу так, как Ардаган. И все же, Лукас прав. Его излишняя эмоциональность, вспыльчивость, могут помешать ему в будущем. В этих соревнованиях был важен не только контроль и использование способностей, а то, как ученики смогут выкручиваться из сложных ситуаций. В каком случае должны использовать силу на полную катушку, где она не поможет и где важна концентрация. Я усмехнулась. Прекрасно. Именно такой уровень должен быть у академии, обучающей будущих защитников Мира. Перед последним боем, ученикам дали перерыв в полчаса, но мы не сдвинулись с места, ожидая, когда вернется господин Филеро. Переговариваясь между собой, они обсуждали действия Ардагана, но мне не было до этого дела. Я снова забеспокоилась. Я не могла понять, в чем было дело. Почему Лукас так поступил с ним? Ардагану не место среди слабых, среди нас. Почему он запихнул его в такой класс? Зачем вообще Лукасу нужно было обращать внимание на Ардагана? Если только они не были знакомы еще до поступления в академию. Но что тогда их связывает? Какая история кроется за спинами этих двоих, совсем непохожих людей? Ардагана встречали восторженными криками, и на его вечно недовольном лице вдруг промелькнуло удовольствие. Я выразительно хмыкнула, отвернувшись. Нравится быть героем? Мило. Я закинула ногу на ногу, откинулась на спинку сидения и медленно попивала чай. Рука болела, и я мельком подумала о том, что после соревнований стоило бы выпить обезболивающее. Тео не разделял восторгов остальных, поэтому сидел рядом со мной и дремал. С Теодором было тепло. Он был одним из тех редких людей, с которыми было приятно даже молчать. Не так уж трудно найти человека, с которым можно поговорить, но редко встретишь того, с кем можно помолчать. Но Теодор был именно таким человеком. Я улыбнулась, но вскоре на лице снова появилась гримаса боли. Медик предупреждала меня, что некоторое время после лечения рука может болеть, это последствия после травмы, но я не думала, что это будет так неприятно. Боль росла с каждой минутой, и я уже не хотела ничего, только чтобы она исчезла. Теодор вздрогнул и резко открыл глаза, тем самым напугав меня до смерти. Я едва не отскочила от него. — Кошмар приснился? — взяв себя в руки, спросила я спокойно. Парень проморгался, прогоняя сон, и полез во внутренний карман форменого пиджака. Я с удивлением наблюдала, как он достает небольшую упаковку таблеток. — Обезболивающее, — пояснил он на мой вопросительный взгляд. — У меня часто болит голова от недосыпа, поэтому у меня в карманах всегда есть таблетки. Вытащив одну из блистерной упаковки, Теодор заботливо вложил таблетку в мою руку. — Пей и не задавай вопросы. Как можно в такой ситуации не задавать вопросы? Не отводя от него взгляд, я быстро закинула таблетку в рот, запила ее остатками чая и прищурилась. — Тео, ты — телепат? — прямо спросила я. — У тебя есть еще одна способность? Парень снисходительно улыбнулся. — У меня только одна способность, — но я почему-то увидела сомнение в его глазах. — Не знаю, как можно назвать это, но маловероятно, что это еще одна способность. Просто касается эта странная сила только тебя. — Только меня? Почему? Он пожал плечами. — Тео, объясни, что происходит. — Помнишь, ты спрашивала, как я справился, как смог двигаться дальше после того случая? Я медленно кивнула, подозрительно смотря ему в глаза. — Ты мне помогла. *** Он относил коробки в подсобку. Директор сказал, что больше они не понадобятся, теперь до следующего года. Вытащив бумажки из первых трех коробок, он выбросил их в мусорный пакет и приступил к четвертому. Медленно вытащив десять бумажек, он с каким-то странным удовольствием развернул одну. «Ардаган Филеро». Вторую. «Ардаган Филеро». Третью. «Ардаган Филеро». На всех десяти бумажках было одно и то же имя. Он торжественно усмехнулся. — Вот так вот. Вы должны сказать мне «спасибо» за свою победу.