Сказка о вампире
25 октября 2020 г., 03:33
– Господь, веди нас Мудростью Своей, звездой Слова Своего к сыну Твоему, Иисусу Христу, и всегда защищай нас от любой напасти, – молодой мужчина в черной сутане с белой колораткой стоял на коленях перед серебряным распятием, висящим на пожелтевшей от времени стене церкви. – Дабы вернулись мы иным путем домой, к Богу, что создал нас, и возвратились к истоку вновь, аки замыкая златое кольцо. Господь, помоги нам через Христа, нашего Короля и Наставника, отныне и во веки веков. Аминь.
Пламя свечей колыхнулось, но устояло. Священник стоял на коленях в полной тишине, прислушиваясь к каждому шороху. Он ждал и надеялся, что Господь приведет его к решению, как изгнать Дьявола, что захватил души и особняк графа Туллефсена. Но ответа не было.
Тяжелая дверь отворилась, впустив холодный весенний воздух.
– Святой отец, бесы вновь разносят приглашения на бал, – в церковь вбежал мальчик лет двенадцати.
– Запереть всех, кто получил письмо Дьявола, – хмуро встал с колен тот. – Сегодня он не получит никого!
Однако мальчик не торопился уходить, переминаясь с ноги на ногу у входа. Он со страхом поднял глаза на священника и протянул два письма.
– Бал назначен на завтра, – понурил голову он. – Ровно в полночь. Вы приглашены.
– Он осмелился пригласить к себе сына Божьего, – дрожащими руками тот принял два конверта. – Уйди. Мне надо побыть одному.
Быстро откланявшись, мальчик покинул церковь. Священник тяжело опустился на скамью, рассматривая полученные письма. Одно, потрепанное и даже незапечатанное, было написано городничим. Пастор решил прочесть его первым.
«Дорогой Фредерик,
Ты знаешь, что я никогда не был богобоязненным. Но темные силы – это другое. Я всегда страшился разных сказок и избегал их. Когда я был маленьким, все пугали меня Магом-из-Пещеры, хотя и поговоривали, что зло, таящееся в Аду, забрало его к себе демоническим генералом.
Но вот моя жена – другое дело. Любит она истории об эльфах и призраках. Говорит, будоражат ее кровь. И вот недавно перевели один английский рассказ – «Вампир». И жена моя, любезная Марит, просто грезит им. Говорит, романтично умереть от рук галантного мужчины, что оставляет ее без капли крови. А в последние дни, она и вовсе вбила себе в голову, что досточтимый граф Арне Туллефсен и есть кровопийца, и оттого и похищает он женщин и детей на свой бал, что кружит с ними ночь напролет, а затем выпивает досуха.
Грезит она приглашением на бал. Ждет его. И сегодня я нашел ее в приподнятом настроении. Мои опасения оказались верны: я нашел письмо у зеркала. Граф во всех любезностях приглашает ее завтра в полночь посетить бал. Из текста я заключил, что он лично доставил письмо к ней в комнату этой ночью, раньше всех остальных. Зовет ее «Rosa Crepusculum» и настойчиво просит спрятать приглашение, чтобы я его не нашел. Я запру ее, Фредерик, я обещаю, прошу лишь, чтоб ты нашел способ избавить наши края от этого Вампира.
Делай, что хочешь, но изгони Дьявола, что осквернил сердце и ум моей Марит».
Второе письмо на дорогой плотной бумаге с семейным гербом являлось приглашением. Священник боялся его читать, но все же переборол страх. Слова, написанные каллиграфическим почерком, словно впивались ему в мозг, лишая чувства безопасности. Словно здесь, прямо на глазах у Господа совершалось страшнейшее злодеяние, на которое только способен Дьявол.
«Фредерик, мой дорогой Spinam,
Воля Божья бессильна передо мной, ибо я честен и чист перед Ним. Я не совершил греха, и ты ранишь мое искреннее сердце своим подозрением. Все приглашенные мною остаются танцевать добровольно. Они счастливы, за что я могу поручиться. И я приглашаю тебя убедиться в этом, мой дорогой Spinam. Впрочем, я не против, если ты, страшась меня, приведешь с собой друга. Все же тебе и правда пошел бы спутник, мой дорогой Spinam. Найди своего Venenum, Фредерик.
Искренне твой TorquemExarescet, Арне Туллефсен».
***
В темном коридоре эхом отзывались раскаты грома, доносившиеся с улицы. Сгорбленный старик шаркающей походкой направлялся к толстым дубовым дверям. За столько лет служения он уже научился понимать, когда у порога их замка появляется гость. А в такие ночи, как эта, когда проливной дождь смешивается с первой весенней грозой, такой навык не просто приходится кстати, он необходим. И хотя для посетителей это казалось пугающим, лучше так, чем заставлять их ждать у порога. Увлеченный этими мыслями, старик достал из нагрудного кармашка ливреи складную бритву и легким движением оставил глубокую рану у себя на левой ладони. Кровь не заставила себя ждать, стекая по складкам кожи, устремляясь встретиться с начищенным до блеска полом. Но это стремление не увенчается успехом. В воздухе алые капли зависают, превращаясь в мошек, мерцающих изнутри живительными искрами, а затем разлетаются по замку. Они пролетают над факелами и свечами, отчаянно принося себя в жертву, ради того, чтобы вспыхнул огонь и старые каменные стены стали хоть немного теплее и роднее. Остатки крови на ладони свиваются в ниточку, самостоятельно стягивая рану ровным алым швом. Приготовления закончены. Старик прошаркал к тяжелой двери и отодвинул крепкий засов. Потянув за кованное чугунное кольцо в пасти виверны, он отворил дверь прямо перед тем, как стоящий за ней священник в полностью промокших одеяниях, собирался постучать. – Хозяин в библиотеке, – сипло отозвался старик и, не страшась ливня, вышел на улицу. В белой вспышке молнии его фигура казалась до ужаса неправильной. – Следуйте за светом и дождитесь меня. Странный дворецкий подошел к лошади, на что та фыркнула и встала на дыбы. Но крепкие руки удержали уздечку, умудрившись быстро успокоить нерадивое животное. На большее священник не хотел глядеть, прислушавшись к совету. Факелы вывели его в просторную залу, в которой не слышалось звуков дождя и грозы. Тысячи свечей в люстрах горели так, словно его приход ожидали. Отряхнув походный плащ, священник присел на край софы, боясь испортить ее влагой. Ожидание длилось недолго. Из совсем иного коридора появился дворецкий, с поклоном предложивший сменную одежду. – Что вы, мне не надо, – пытался отказаться Фредерик, но настойчивость слуги сделала свое. Когда же пастор предстал в чистой белой рубашке с расшитым жабо и множеством пуговиц, старик соизволил показать ему проход в библиотеку. – До чего огромный замок, – восхищался священник. – Я удивлен, что он не принадлежит графу Туллефсену. – Это фамильный замок Верешев, кавалеров ордена Дракона, – ответил дворецкий, даже не обернувшись. – Не слышал о таком, – пробурчал себе под нос Фредерик, но и эти слова не остались незамеченными. – Мы венгры, сэр, – ведя по узким коридорам, пояснил старик. – Волею случая мы обосновались здесь и живем тут уже не первую сотню лет. На этот раз пастор решил промолчать. Спустя еще несколько высоких арочных порталов, они, наконец, добрались до библиотеки. – К вам гость, – отворив дверь и легонько пихнув внутрь священника, заявил старик и исчез в темноте коридора. В огромной зале, полностью уставленной стеллажами с книгами на лестнице, закинув ногу на ногу, сидел молодой человек, лет двадцати, с упоением читающий какой-то старый талмуд. Ему явно стоило усилий оторваться от текста и посмотреть на нарушителя своего спокойствия. Однако, одного лишь беглого взгляда хватило хозяину замка, чтобы отложить свои дела и спуститься, протянув руку. – Иштван Вереш, – улыбнулся он. – К вашим услугам. – Фредерик, – немного замявшись ответил священник. – Без фамилии. Пастору с трудом давался разговор. Он с удивлением отметил, что здесь, в самом сердце замка, тихо и сухо, будто в ином мире. А вот молодому хозяину была в радость новая компания: – Обычно ко мне боятся заглядывать люди, – будто бы бахвалясь этим фактом, произнес он. – Они считают меня монстром. Впрочем, вполне возможно, что за дело. Но вас это не остановило, хотя вы и священник. – Откуда вы… – удивился Фредерик. – Хоть вы и сменили одежду, на вашей руке все еще есть четки, которые вы даже сейчас перебираете, сами того не осознавая, – улыбнулся Иштван. – Так что же привело вас сюда? – Вампир, – честно признался гость. – Я слышал, у вас огромная библиотека, и понадеялся, что смогу здесь отыскать метод борьбы с Дьяволом, поселившимся в особняке графа Туллфсена. – Вампиры… это занятно, – кивнул хозяин замка. – Но кто, по-вашему, вампир? – Граф Арне, полагаю, – не ожидал такого вопроса Фредерик. – Это он рассылает приглашения на бал. – Недавно был переведен с английского занятный рассказ – «Вампир», – вдруг заговорил Иштван. – Лорд Ратвен путешествует по миру, сходясь и расходясь с главным героем. Он – вампир, осушающий прекрасных дев до дна. Но в один момент, лорд Ратвен погибает и на смертном одре просит героя, Обри, чтобы год и один день в Лондоне не знали о его смерти. Получив клятву, лорд погибает, а Обри возвращается на родину. Спустя некоторое время в Лондоне появляется живой и невредимый лорд Ратвен, выдавая себя за иного человека, и, пользуясь клятвой, соблазняет сестру героя. У них намечается свадьба, которую Обри старается отсрочить всеми силами, но ему не суждено добиться успеха. В день помолвки, его сестру находят обескровленной. Занятно, не правда ли? – Очень, – хмуро отозвался священник. – При чем тут это? – Я слышал месяц тому назад в городе появился новый дворецкий дома Туллефсенов. Будто бы он упомянул на улице имя Жана Престо, верно, – молодой хозяин взглянул в глаза гостя. – В-верно, – еще не понимая, куда клонит Иштван, отозвался священник. – Так может быть это он? Маг-из-Пещеры вернулся из самого Ада? Не правда ли, забавная вышла бы ситуация? – улыбнулся юноша. – Что же до мифов, то подобные чудища встречаются у славян. Он поднялся и достал какую-то книгу, начав ее листать. – Правда обычно они предотвращают обращение трупа в вампира, забивая тому кол в сердце или забивая камень в рот. Но что делать с ожившим, я на память не скажу, – он остановился и задумался. – Впрочем, я не уверен, что это и вовсе вампир. – Тогда кто? – не найдя ничего лучше, священник присел на стопку запылившихся книг. – У англичан есть поверья о злобных духах. Кто-то называет их эльфами, кто-то пикси или феями. Озорные маленькие человечки, имеющие большую склонность к воровству. Любят они воровать детей и красивых дев, особенно невест или красивых жен, – он переставил лестницу и забрался под самый потолок, достав еще одну книгу. – В их фольклоре часто упоминается и Пак – лесной дух, забавы ради, заставляющий плутать людей по чаще. Вариантов много, не находите? – Но кто же он тогда? – задумался Фредерик. – Я слышал, что особняк покрыли лозы и корни мертвых деревьев, и даже сейчас, когда до наступления летнего жара осталось совсем немного, его окружает осень? – мягко улыбнувшись спросил Иштван. – Д-да, – кивнул гость. – Но при чем тут это? – Думается мне, что ответ нельзя найти в книгах, – вздохнул он. – Я не помню ни единого рассказа, что сочетала бы в себе эти качества. Впрочем, если бы у вас еще было, что рассказать… Фредерик засуетился, похлопав себя по новой одежде. – Меня пригласили на бал, сказав, что я могу пригласить с собой некого Венанума, не совсем понял из письма, но, видно это еще одно прозвище, которое он дал. – Прозвище? – Да, в письме он называет гостей и себя странными словами. – У вас с собой письмо? – Нет, – покачал головой священник. – Ваш лакей… Не успел он закончить фразу, как в библиотеку вошел дворецкий. На серебряном подносе лежало два письма. – Благодарю, – кивнул Иштван и взял бумаги. Быстро пробежавшись глазами по ним, он удовлетворенно хмыкнул. – Venenum, господин, разве вам это ни о чем не говорит? Вы же католик. – Я не католик, сэр, – разозлившись встал священник. – Мартин Лютер принес свет в религию, запятнанную тенями Рима. Не смейте называть меня им. – А зря, это латынь, – не поведя и бровью, ответил хозяин дома. – Вас он называет Шипом, а вашего спутника – Ядом. Сам себя же он величает Узами Увядания или как-то так. Это интересно, позвольте мне сопровождать вас на балу.***
В свете луны особняк Туллефсенов выглядел еще более зловеще. Внутри не горело ни единой свечи, а единственными гостями, казалось, были священник, вернувший себе свое скромное облачение, и его спутник – импозантный молодой человек в бордовом костюме, прекрасного покроя. – Словно сама смерть навестила это место, – вздохнул последний. В его венах бурлила кровь. Она чувствовала неестественный холод и гниение. Их окутывал странный фиолетовый туман, пахнущий разложением. Он сводил с ума, но кровь не давала Иштвану поддаться этому месту. – Будьте осторожны, дорогой друг. Он придержал за плечо священника, но тот легко скинул руку. – На удивление милое место, – восторженно произнес Фредерик, легко проходя внутрь. Их встречал странный дворецкий, словно лишенный мяса. – Ваш замок помрачнее будет, – не стеснялся в выражениях священник. Он шагал вместе со своим спутником мимо выстроившихся вдоль стен изувеченных корнями слуг, не замечая их. – Вы слышите эту чудесную музыку? Словно ребенок пастор подбежал к высоким дверям бального зала и отворил их. Изнутри повеяло жутким холодом. Иштван не слышал музыки, зато отчетливо улавливал звуки старых деревьев, больше похожие на стоны. – Я король, – кружился в вальсе в пустом зале священник. – Терновый Король! Предо мной падут ниц любые красавицы. В фиолетовом дыму сутана обратилась в прекрасные одежды, расшитые черными цветами шиповника. Из глаз Фредерика текли слезы. Они застывали льдышками и обращались в лозу терновника, что вилась вокруг головы. Лоб разверзся, и из него проросли толстые коренья, образовав корону. В зал входили девушки. Разодетые, словно знать, они кружились в вальсе вместе с трупами мужчин. Их сердца и разум были порабощены мертвым древом. А в зал все прибывали гости. Слуги вводили новых девушек, появляясь в клубах дыма, словно из ниоткуда. И они кружились под скрипящие стоны деревьев, освещаемые лишь светом луны. Девушки преображались. Некоторые и вовсе лишались одежды, а корни прорастали отовсюду. Послышался звон цепей. Граф Арне, с конечностями из мертвых кореньев провел в середину зала безумно красивую девушку. На ее шее багровея, появились две отметины, сочащиеся кровью. И среди всех них стояло всего два существа. Иштван смотрел на уродливого гостя со сморщенной кожей. Он был одет словно граф, в коричневый костьюм, словно сшитый из пожухлых листьев, а вел себя – словно хозяин, наблюдая за балом. Его никто не замечал, а иногда даже проходили сквозь него. Его тело обвивала полупрозрачная цепь. Взяв два бокала вина, услужливо предоставленный уродливым слугой, Иштван подошел к странному существу. – Torquem Exarescet? – спросил он. От неожиданности существо вздрогнуло и посмотрело на гостя в бордовом костюме своими страшными глазами с раздвоенным зрачком. – Верно, – принимая бокал вина, кивнул тот. – Полагаю, я оказался слишком хорош в предсказаниях, Venenum. – Вы – узник увядания? – не моргнув и глазом, продолжил Иштван. – Нет, я его узы. Цепь, – улыбнулось существо. – Невембер. И что же мой дорогой Venenum предпримет, чтобы уничтожить меня? Боюсь, Rex Spinam уже не страшен, вон он, танцует с Regina Rosis. – Ничего, – отпив из бокала, сказал гость. – Мне просто было любопытно, кто вы и чем занимаетесь. – Я дарю им счастье. – Счастье? Я не вижу в них счастья, – помотал головой Иштван. – Мертвые танцуют рядом с живыми, и все они застряли между этим миром и тем. Они страдают. – Они счастливы служить мне, – не согласился Цепь. – Мертвые счастливы вновь жить, а живые – сбросить оковы, словно умерев. – А вы счастливы? – Не знаю, – честно ответил тот. – Невембер, вам наскучило, – заключил Иштван. – Этот мир куда больше и интересней, чем вы можете представить, сидя здесь на своем балу. Фиолетовый дым превращался впожухлые листья под ногами безвольных танцоров, двигающихся в такт несуществующей музыке. – Знаете, что сказал однажды мой отец заявившемуся к нам в замок священнику, который спалил деревню лишь потому, что считал всех счастливее его? – со странной улыбкой спросил Иштван. – Нет, – допив вино, признался Невембер. – Счастье может подарить лишь счастливый, – пожал плечами Иштван. – Я никогда не соглашался с ним. Но в этот раз, я хочу,чтобы вы прислушались к этому совету. – И где же мне найти счастье? – А в чем оно по-вашему? – В служении, – искренне ответило существо. – Тогда отправляйтесь познавать этот мир и бросьте свои балы, – поставил бокал гость. – Вот вам мой приказ. Юноша вышел из зала. Его никто не останавливал. Яд поразил самое сердце Дьявола. Наутро на месте того особняка вырос густой уродливый лес с вечно опадающими листьями. Иногда из него доносится скрип, похожий на музыку и девичий смех. А иногда, ночами в полнолуние, можно услышать смех самого Тернового Короля.
