ПРЕДСКАЗАНИЕ или КАК ОБМАНУТЬ СУДЬБУ

Следопыт тряхнул головой. Глупец! Пара секунд, а напридумывал не Бог весть чего. Только не это! Начинается весёлая жизнь влюблённого идиота. Естественно, о болтливом внутреннем голосе стражницы сеньор Чезаре Кавальетти де Ньето даже и не подозревал. Угрюмо ухмыляясь, испанец убрал кудри в хвост, лихо заломив шляпу на манер мафиози. Аня оглядела сеньора с головы до ног. Придирчивое внимание почему-то смутило Чезаре. Он немного помолчал, кусая губу, затем выдавил неловко, словно извиняясь: — Это ненадолго, к вечеру буду дома. Фраза прозвучала слишком интимно, по-домашнему. Не позволив предательской нежности разлиться в сердце, Анюта пренебрежительно дёрнула плечом: — Не моё дело. Кто ты мне, чтобы отчитываться? — Прежде всего, сотрудник. Поэтому, обязан извещать тебя о своих перемещениях. А как наставник, рекомендую совершенствовать боевые навыки. Но, не переусердствуй. Следи за своим самочувствием. Градус теплоты голоса де Ньето стремительно нёсся к нулю, взгляд утратил живость, потускнел. Откланявшись, сеньор исчез, через мгновение появился у калитки, ведущей на болото, спустя несколько секунд фигура испанца затерялась среди рогоза. — Классно подзарядился, прям кузнечиком поскакал… Главное, ничего ж такого не сказала. И чё было психовать-то? Аня ворчала беззлобно, с интересом наблюдая за стремительными перемещениями следопыта. Ловко у него выходило, без особого напряга. Сама она тоже могла телепортироваться, но на совсем короткие расстояния, выдыхаясь при этом, словно отпахала несколько сверхурочных часов. Девушка улыбнулась воспоминаниям. До чего же круто поменялась её жизнь: недавно стены штукатурила, а сейчас управляется со стихийной магией, левитирует понемногу. Приняв совет учителя за руководство к действию, Анюта занялась метанием файеров. По прошествии пары часов щит, несмотря на оберегающее заклинание, обуглился в середине — явный признак повышения мастерства стрелка. Аня подошла к мишени и восхищённо цокнула языком: — Ай да я, ай да молодца! Ещё что-ли шагов на пять отойти? Сказано-сделано. Файеры сорвались с разгорячённых ладоней стражницы один за другим, гудя сердитыми шмелями, кучно ложась в центр деревянного щита. Жаль, наставник не видит. Анюта приосанилась, выставив вперёд ногу: — Вот как я умею. Погодите, ещё не то нафеячу! Прыгавшие в траве воробьи возмущённо загалдели, на всякий случай, упорхнули подальше от воинственно настроенной стражницы. Последующие действия Анны распугали всю летающе-бегающую живность в радиусе нескольких десятков метров. Девушке хотелось удивить сеньора де Ньето, и она принялась стрелять огнём в движении, копируя бравых полицейских из просмотренного недавно фильма-боевика. Трудно? Бесспорно. Но, зато как эффектно! После часового мэджик-шоу мишень рухнула тлеющими головёшками. — Хых! Довольная и уставшая стражница тряхнула занемевшими кистями. Вот теперь можно присесть, отдохнуть. Не дойдя до беседочной тени нескольких шагов, Аня пошатнулась, сжав пальцами виски. Голова сильно кружилась, даже подташнивало. Магическое истощение давало о себе знать. В присутствии Чезаре недостатка энергии ни разу не наблюдалось. И гадать не надо, стражница невольно черпала из гранда силу. Еле передвигаясь на ватных ногах, Анюта поплелась в лабораторию. Желанное снадобье нашлось на верхней полке стеклянного шкафа. Сделав прямо из реторты несколько жадных глотков опалесцирующей жидкости, Аня расправила плечи, сладко потягиваясь, а затем возмущённо ойкнула: — А я думала, эликсир кончился. Травы надо наврать, говоришь. Нарвать, то есть. Не иначе, Капулетти метнулся к подружке в гости. Чего он там трепался про кикимору? Анюта задумчиво поводила огненным пальцем по лабораторному столу, опаляя древесные волокна до черноты. Идея по разоблачению симпатичного лжеца возникла неожиданно, предстала перед мысленным взором девушки красочной трёхмерной картинкой, подталкивая к спонтанным действиям. Выйдя на крыльцо, стражница окинула взглядом небосвод. Солнце клонилось к закату, до вечерних сумерек рукой подать. Можно бы и повременить с поисками наставника, но шальная задумка не давала покоя. Проводник-маячок заискрился изумрудом в ладонях Анны, впитал передаваемый образ следопыта и завис в паре метров над землёй. Нерешительно дёрнувшись влево-вправо, остался на месте, отказываясь выдавать местоположение гранда. Аня поджала губы, изучая недовольным взором маячок: — Это что, типа мужской солидарности, что-ли? Нет. Не то. Так-с, думай, Анька. Вспоминай выученное. Как же там было-то? Ммм. Создаём поводыря, вкладываем в него картинку местности или образ субьекта, дальше — проще-простого, иди себе за шариком. Если потеряшка жив, проводник светит ярко и ровно, если… В следующее мгновение, подтверждая худшие опасения стражницы, сияние померкло. Несколько секунд Аня ошарашенно хлопала ресницами, затем звонко шлёпнула себя по лбу: — Да ну ё! Он и так призрак. Хм. Значит, пляшем с другой ноги. Чего ж придумать? О! Перо рябое на его шляпе, приметное. По нему и найдём пропадуна. Наколдовав резиновые сапоги, кепку и лёгкую ветровку, прихватив с собой рюкзак с запасом эликсира № 1, Анюта ринулась в камышовые заросли за радостно вспыхнувшим маячком. Разыскать Чезаре по украшению на охотничьем головном уборе оказалось неожиданно трудно. Светляк, бросаясь на любое мало-мальски пёстрое оперение, переполошил всех птиц в округе. Сумерки опустились на болото, а Анюта всё скакала по кочкам, преследуя единственный, собственноручно созданный источник света. Наконец, уставшая, грязная по самую маковку, злая, как тысяча нергалов (в данный момент девушка очень походила на чернорабочих Тьмы), Аня выскочила на относительно ровную и чистую поляну, над которой парила небольшая сфера. В ней-то и сопел наставник, замерев в позе лотоса. Проводник полыхнул, рассыпался прощальным салютом, вспугнув несколько собак, круживших под недоступным для них испанцем. Поджав хвосты, животные метнулись сначала в заросли осоки, но увидев, что подмога для сеньора явилась в единственном числе, вернулись обратно, порыкивая, принюхиваясь издалека ко вновь прибывшей. Неподалёку от хороводящей своры на живописной коряге восседала сама болотная хозяйка, нервно крутившая локон рыжих кудрей. В наступивших сумерках тело кикиморы, спелёнутое вьюнами и плющом, переливалось множеством огоньков. Мисс Герта встала с импровизированного трона, мановением руки разгоняя четвероногих прислужников, с вызовом глянула на непрошенную гостью: — Ты здесь лишняя. Зачем пришла? "Красивая зараза, даже не смотря на то, что зелёная", — подумала Анюта, а вслух ответила: — За учителем. Кикимора недоверчиво хмыкнула, рассматривая чумазую стражницу во все глаза: — И вот на ЭТО Чезаре меня променял. Куда катится магический мир? Пропустив мимо ушей шпильку в свой адрес, Аня постаралась разрулить ситуацию, применяя всё красноречие, на какое только была способна: — По всему выходит, мир катится к чёртовой матери, и чесслово, не поздоровится всем: и слугам Порядка, и приверженцам Хаоса. Если только уважаемая хозяйка не соблаговолит отступиться от притязаний на слугу его Королевского Величества и не отпустит нас восвояси. — Чего ради? — кикимора вздёрнула острый подбородок. — Хотя бы ради вашего личного спокойствия. Позвольте, мы отправимся спасать мир и, кстати, ваше болотце тоже защищать будем, мисс Герта. — Всё ты лжёшь, человеческая замухрышка, — прошипела зеленокожая красавица. — Я жду этого мужчину уже целую вечность. Он мой! Копируя манеру наставника, Анюта иронично выгнула бровь: — Ой-ли? А по-моему, товарищ Кавальетти с вами не согласен, иначе, не болтался бы сейчас над поляной под магической защитой. — Предупреждаю, не становись между нами. Иначе, тебе не поздоровится, — голос кикиморы зазвенел от напряжения. Плети растений, поддерживающие точёную фигуру дамочки, в одно мгновение зашевелились, потянулись к стражнице. — Эй, спокойнее, мамзель! — Аня сделала шажок в сторону следопыта, в который раз мысленно кляня свой язык за несдержанность. — Мы с Че — просто сотрудники. Ничего, кроме работы нас не связывает. — Вот-вот. Точно так говорила и другая девка. Она поступила вовсе гадостно, упрятав моего медвежонка в тело стервы по имени Эвилин. Нет уж, второй раз меня не обманете. Источая праведный гнев, прекрасная обвинительница тихо добавила, скомандовав своим псам: — Взять её!