Хогвартские встречи

***

Гермиона возвела стены своей внутренней защиты на небывалую высоту, кровь буквально закипела в её жилах, отдаваясь звоном в ушах. Она снова воинственно скрестила руки перед собой: — Ты, высокомерный хорёк! Как ты смеешь говорить мне такие вещи? Как ты смеешь разговаривать со мной так, как будто твоя чистокровность делает тебя лучше, чем я?! Драко прислонился к стене и ухмыльнулся: — А я ведь действительно лучше, чем ты. Твоя грязная кровь делает меня лучше. Гермиона почувствовала, как её нижняя губа начала дрожать, она была готова заплакать. Но она не собиралась давать волю слезам. Не собиралась доставлять Малфою такой радости. — С этого дня тебе лучше возвращаться в комнату вовремя, иначе я пойду к директору, — громко заявила она, повернувшись, чтобы уйти, но Драко был быстрее. Он догнал её, схватил за руку и развернул к себе. — Брось, Грейнджер, я видел, как твоё тело реагирует на меня. Единственная причина, по которой ты расстроилась — не моё опоздание после комендантского часа, а то, что ты хочешь меня. — Что?! — выкрикнула она. — Да я ненавижу тебя! Да меня тошнит от одной мысли о существовании таких людей, как ты! С чего ради я должна тебя хотеть?! — С того, что это правда, — ответил он, растягивая слова. — Ты так сильно хочешь меня, но знаешь, что я никогда не прикоснусь к кому-то с грязной кровью, — продолжил он, ухмыльнувшись и посмотрев на неё сверху вниз. — Поганая грязнокровка! Она ударила его. Удар был таким громким, что звук эхом пронёсся по его комнате. Малфой склонил голову набок, пытаясь привести своё дыхание в норму. Он почувствовал жгучую боль, если бы он посмотрел сейчас в зеркало, то совершенно точно увидел бы красный отпечаток её ладони на щеке. Она в ярости выдернула свою руку из его хватки и убежала в ванную комнату. Удостоверившись в том, что дверь заперта, быстро разделась и зашла под душ, позволив горячей воде смыть его прикосновения. Оказавшись в одиночестве, она наконец позволила себе расплакаться, слёзы бежали по её щекам, сливаясь с водой, которая струями стекала по волосам и телу. Она взяла мыло и, намылив губку, начала с остервенением тереть те места, к которым он прикасался. Да как он смеет так разговаривать с ней? Сама виновата… Она сама позволила ему сделать это. Ведь знала же, что с ним невозможно вести цивилизованную беседу один на один. Вместо того, чтобы поговорить с ним завтра, заручившись поддержкой Гарри и Рона, она вломилась к нему в комнату и сама дала ему повод. Малфой ненавистен ей, её тошнило от таких людей, как он, она не могла дождаться того дня, когда Драко получит по заслугам. Из-за переполняющих голову мыслей она чувствовала себя как в тумане, даже не услышала, как открылась дверь ванной. Обернулась, лишь заметив тень за стеклом, которое служило своеобразным барьером между ней и её незваным гостем. Её глаза расширились в страхе, дыхание участилось. Увидев, что он начал раздеваться, она в ужасе ждала, что будет дальше. Но она же заперла дверь, ведь так? Не дав ей додумать и ответить на свой собственный вопрос, он открыл дверцу душевой кабины, посмотрел ей в глаза и зашёл внутрь, заставив сделать шаг назад. Она быстро подняла руки, пытаясь прикрыть наготу, но он тут же убрал их и начал ласкать её грудь. Его руки спустились к бёдрам, а затем он подхватил её за ягодицы и приподнял, заставив тем самым обхватить себя ногами за талию. — Малфой, что это всё зна…? — фраза оборвалась на полуслове, так как Драко подтолкнул девушку под горячие струи душа и с глухим стуком прижал к стене, погрузив свой язык в её рот. Глаза Гермионы расширились от испытываемых ощущений — его язык ласкал её рот, пока струи воды ударялись об их голые тела. Она быстро оперлась руками о мужские плечи и начала извиваться и отталкивать его, чтобы вырваться из объятий. Отвернула голову набок, но это лишь упростило ему доступ к её шее, которую он тут же начал покрывать горячими поцелуями. Когда она в очередной раз прогнулась в спине, отталкивая его, он перенёс вес её тела на свою правую руку, а левой скользнул к левой груди. Потеребив сосок большим и указательным пальцами, спустился к животу и наконец прикоснулся к её лобку. Проведя длинными холодными пальцами по лобковым волосам, он нашел клитор и начал его массировать. Дыхание Гермионы участилось, из её груди вырвался громкий стон, и она запрокинула голову назад. Её руки перестали отталкивать его, Грейнджер оперлась о его плечи, чтобы не упасть от ощущений, которых она ещё никогда не испытывала. Жар горячей воды и холод его пальцев смешались в одно целое, и от этого внизу её живота стало очень горячо. Её горло сжалось так, что стало трудно дышать. Она почувствовала, что Драко снова касается губами её кожи, он впился в пульсирующую жилку на шее так сильно, что ей стало страшно. А вдруг останется след? — Малфой, пожалуйста… — взмолилась она. — Я встречаюсь с Роном. Он поднял голову и заставил её посмотреть в его горящие желанием глаза. — Не смей поднимать на меня руку! Никогда, поняла меня, Грейнджер? — с нажимом спросил он угрожающим голосом. Гермиона заворожённо смотрела в его глаза: они были серыми, но очень быстро темнели в порыве страсти, становясь почти чёрными. Почувствовав, что он убрал свою руку с её промежности, она шумно выдохнула сквозь зубы. Её тело протестовало, потеряв контакт с его пальцами. — Я… обещаю… — прошептала она, выгнувшись всем телом в его объятиях. Дотянулась до его руки и вернула её к своему клитору. — Я обещаю. — Хорошая девочка, — ухмыльнулся Драко, снова прильнув к её шее, слегка посасывая и кусая кожу. Он был в курсе, что она встречалась с Роном. Эта мысль доставляла ему отвращение. Грейнджер и Уизли ходили по школе за ручку, все это видели. Во время ужина они всё время обменивались лёгкими поцелуями и даже ласкали друг друга под столом, когда думали, что никто не смотрит. Да… Он прекрасно знал, что она встречалась с Уизли. И от этого ощущения казались ему сейчас ещё более сладостными. Он накрыл её губы своими и начал покусывать их зубами, отчего Гермиона застонала. — Пожалуйста, Малфой… — снова попыталась она. — Рон… — Скажи мне, что тебе это не нравится, — произнёс он, посасывая и покусывая её губы. — Скажи, что тебе не нравится тот факт, что Уизли сейчас далеко отсюда, а ты здесь, в полушаге от того, чтобы трахнуть его врага. Признай это, Гермиона: тебя это заводит. Ты так и ждёшь, когда сможешь почувствовать мой твёрдый пульсирующий член внутри себя. Почувствовать, как он трётся об тебя, массирует и трахает тебя, пока ты не выкрикнешь моё имя! Он знал, что наказывает её таким образом. Она ударила его. Чёртова грязнокровка ударила его, а потом ушла как ни в чём не бывало, будто была чем-то лучше него. Он знал, что не может обладать ей. Она расхаживала по школе как чёртова принцесса-девственница. Знал, что с Уизли у неё ещё не заходило дальше поцелуев. Он хотел стать первым человеком, который спустит её с пьедестала. Хотел попробовать её. Хотел заявить на неё свои права. А Малфои всегда получают то, что хотят. — Скажи мне, Гермиона, — потребовал он, тяжело дыша. — Скажи, что хочешь меня, скажи, что ты хочешь этого. Ответа так и не последовало. Гермиона словно не была сейчас в объятиях своего врага, позволяя ему трогать себя в местах, которые не давала трогать Рону. Однако услышав, как он назвал её по имени, поняла, что это точка невозврата. Струи горячей воды беспрестанно били по их телам, а горячий пар каким-то образом усиливал запах Драко. Она не знала, в паре ли дело, но его аромат совершенно точно усилился, стал более интенсивным. Соблазнительный парфюм и естественный запах Малфоя слились в один микс, и это сочетание ароматов словно отравляло её. Она знала, что её парнем был Рон и что она должна остановиться сию минуту. Должна оттолкнуть его и наслать на него все известные ей заклятия. Потом рассказать обо всём Рону и Гарри и попросить их разобраться с ним, но она также знала, что если остановится сейчас, то сойдёт с ума. — Драко, пожалуйста… — пробормотала она, теряя контроль над собой. — Скажи это! — зло прошептал он, прикоснувшись головкой своего эрегированного члена к её половым губам так, чтобы она почувствовала его. — Да! — громко выкрикнула она, её крик эхом разнёсся по душевой. — Это то, что ты хочешь услышать? — Её сердце отбивало бешеный ритм, из-за учащённого дыхания грудь быстро поднималась и опускалась, низ живота пульсировал в предвкушении. — Я хочу тебя! Это всё, что ему хотелось услышать. Быстро наколдовав заклинание контрацепции, он обеими руками подхватил её за ягодицы, опустил немного вниз и вошёл в неё, разрывая преграду в виде девственной плевы. Гермиона вскрикнула, запрокинув голову назад и закрыв глаза от резкой боли, которая вскоре сменилась приятными ощущениями, пока он выходил из неё и входил обратно, не давая привыкнуть к размеру своего члена. Драко чувствовал, как её ногти впиваются в его кожу, но сочетание этой боли с блаженством, которое он испытывал, оказавшись наконец внутри неё, было лучше всех ощущений, что он когда-либо испытывал. — Мерлин подери, Гермиона… — воскликнул он, двигаясь в быстром темпе. — Ты такая чертовски узкая… Гермиона крепко держалась за плечи Драко, чувствуя, как её накрывает наслаждение. Он входит в неё. Выходит. Жёстче. Быстрее. — Господи, Драко! — она вздрагивала всем телом при каждом его толчке. Жёстче. Быстрее. Так, что внутри неё всё трепещет. — Чёрт, Грейнджер, какая же ты… так приятно… Драко поцеловал её шею, а затем снова нашёл губы девушки, заглушив стон поцелуем. Он не понимал, что с ним происходит. Он же только что вернулся от Пэнси, но Грейнджер разбудила в нём такие глубинные чувства, которые он никогда ни с кем не испытывал. Но это же просто секс, просто половой акт… Тогда почему у него такое ощущение, как будто она разрушает его? Ощущение, будто больше никакая другая девушка, кроме Гермионы, не сможет его удовлетворить? Она гладила его руки, то поднимаясь вверх к плечам, то опускаясь к запястьям. Затем опустила ладонь вниз и начала ласкать его плоский живот, впившись губами в бьющуюся жилку на шее. — Мерлин, какая же ты мокрая… — проговорил он, продолжая входить и выходить из неё. Его пульсирующему члену было чертовски приятно тереться о стенки её тугого влагалища. Она была на грани. Драко возносил её всё выше и выше к блаженству, и она ничего не могла поделать с этим. Гермиона почувствовала тянущее ощущение внизу живота и поняла, что конец близко. — Быстрее, Драко, я скоро кончу, — громко простонала она, закинув одну руку за голову. Драко кивнул и положил голову на её плечо. Немного приподнял на весу и начал двигаться ещё быстрее. Так быстро, что Гермиона испугалась, что стена душевой не выдержит. И всё же ей было всё равно — ей нужно кончить. Почувствовав, что его член начал дрожать, Драко одним жёстким финальным толчком вошёл в неё, и они с Гермионой достигли пика наслаждения одновременно. Их стоны смешались, и тела обоих накрыло волной сладкой дрожи. Почувствовав, что ноги Гермионы ослабли, он слегка опустил её вниз, заставив снова обхватить себя за талию, пока струи воды безостановочно били по их телам. Она отчаянно держалась за Драко, а он за неё. Положив головы на плечи друг друга, они замерли в объятиях, пытаясь привести сбившееся дыхание в норму. Драко ощутил, как Гермиона своими маленькими руками гладила его по спине в то время, как её дыхание понемногу успокаивалось. Он чувствовал, как она дрожит — от пережитого оргазма или из-за льющейся на них воды? Малфой не знал. Он медленно отодвинулся от стены и приподнял её за ягодицы, отчего она ещё крепче обхватила его ногами за пояс и поцеловала в плечо. Он выключил воду и вынес её из душевой кабины. Осторожно опустил на пол и, взяв полотенце, обернул его вокруг её миниатюрного тела. Схватив второе полотенце, обвязал его вокруг своей талии. Гермиона закусила нижнюю губу, не зная, что делать дальше. Он наблюдал за тем, как она смотрит на дверь и то и дело украдкой переводит свой взгляд на него. В ответ на молчание Драко Гермиона собралась уйти, не зная, что сказать после того, что произошло между ними. Но в этот момент он резко притянул её к себе и, приподняв, усадил на край мраморной столешницы возле раковины. — Эй, — возмущённо воскликнула она. — Малфой, что ты себе… Но договорить она не успела, так как он одним молниеносным движением накрыл её губы своими, невольно вызвав глубокий стон. Когда он оторвался от неё, она посмотрела на него разгорячённым взглядом, почувствовав, как желание внизу живота вспыхивает с новой силой. Она не могла поверить, как всего лишь один поцелуй смог вызвать в ней такую реакцию. — С этого момента ты моя, Грейнджер, — со всей серьёзностью произнёс он. — Я трахнул тебя… Заявил свои права на тебя и, клянусь Мерлином, если я только увижу, что ты трогаешь Уизли так, как только что трогала меня, — сказал он, сделав небольшую паузу и сверкнув глазами, — я убью его. Его слова потрясли её до глубины души, она открыла рот, шумно хватая воздух. Её глаза расширились в изумлении. Не сказав больше ни слова, он покинул ванную комнату и оставил дрожащую, но удовлетворённую Гермиону одну. Она всё так же сидела на холодном мраморе, с удивлением кусая губы и обдумывая его слова.