"Дядя, я не умею плавать" и последствия

«Он так хорошо ко мне относится… Я ведь не заслуживаю такого обращения. Так отвратительно себя веду…» — думал Цзинь Лин, пока шёл рука об руку со своими друзьями из клана Лань. —О чём задумалась юная госпожа? — прервал его мысли Лань Цзинъи, обыденно улыбаясь. —О том, что я тебя ударю, если ещё раз меня так назовёшь! — Жулань нахмурил брови. С дядей он себя так не вёл. Никогда главе Цзян не грубил, хоть внутри и плескалась иногда злоба. Цзинь Лин не позволял себе оскорблять любимого всем сердцем и душой человека. А вот глава Цзян через угрозы выражал свою заботу. Для него это не было чем-то плохим–лишь способом выражения любви. —Цзинь Лин, если что-то тебя тревожит, то можешь рассказать, — предложил Сычжуй, вглядываясь в задумчивое лицо юноши. —Ничего меня не тревожит, отстаньте, — Жулань немного подумал, а потом добавил.— Идите вперёд, я догоню Лани пошли дальше, а наследник Цзинь развернулся лицом к широкому дереву. —Дядя? — он был почти полностью уверен, что это он. Цзян Чэн любил присматривать и контролировать племянника на ночной охоте так, что пару раз уже попадался за этим занятием. —Ты снова сбежал на ночную охоту и даже не подумал мне сказать? — глава Цзян явно был недоволен поведением племянника за последнюю неделю, прямо с того момента, когда он узнал о чувствах. —Почему это я должен отпрашиваться истреблять нечисть? — Цзинь Лину же не нравилась эта чрезмерная опека. —Тебе ещё рано выбираться на охоту без старших. Если тебя отравит какая-то тварь, тоже будешь так дерзить? — от той нежности, которую он демонстрировал неделю назад, не осталось и следа. По крайней мере, так казалось юноше. —Но я хочу ходить на ночную охоту без нянек за каждым кустом! — Жулань громко хмыкнул, хмуря брови. —Нельзя! —Я хочу! — Цзинь Лин не успел закрыть рот сам до того, как его заткнули. Цзян Чэн притянул племянника к себе, схватив за локоть, и поцеловал эти болтливые юношеские губы. Такое тёплое и влажное ощущение, прямо как тогда. Жулань зажмурился, думая, что дальше дядя его ударит или ещё чего, но нет. Ваньинь только целовал, одновременно грубо и нежно, страстно и невинно. Чёрт знает, как у него так получалось, но было хорошо. Очень хорошо. Наследник Цзинь тут же угомонил свой пыл, не желая останавливать это безумие, ведь хотелось тонуть. Пойти с головой на дно и захлебнуться любовью, что исходила от взрослого. Против воли, из горла юноши донёсся слабый стон, что глухо прозвучал во рту дяди. Стало до одури стыдно. Цзинь Лин не выдержал, резко отстранившись и опустив голову от смущения. —А теперь повтори, хочешь провести ночь с ними или со мной? — это звучало вызовом. Ясно же, что Цзинь Лин не сможет сказать «с ними», ведь тогда не найдёт ответных чувств в сердце опекуна ещё долго, а на ночную охоту можно ещё выбраться не один раз. Но Жулань молчит и боится признаться. «Тогда дядя понял всё без слов, может и сейчас тоже поймёт?"–думает он и не ошибается, но Цзян Чэн продолжает смотреть на него, скрестив руки на груди. —Ты мне ответишь сегодня или нет? — Ваньинь закатывает глаза и уже разворачивается уходить, провоцируя юношу на действия. Цзинь Лин хватает взрослого за рукав и сам не понимает, что делает, просто шагает ближе, встаёт на носочки и целует так нежно и боязливо. Глава Цзян, кажется, даже немного улыбается в губы племянника и он отвечает, углубляя поцелуй. У юноши сначала подкашивались ноги, но после он смог расслабиться, наплевав на свои принципы и отдаваясь этому минутному блаженству. Хотя блаженство продолжалось намного дольше, потому что «молодую госпожу» повели домой. Только на секунду он вынырнул из расслабленного состояния, чтобы крикнуть друзьям о своём уходе. Дальше для подростка всё было в тумане. Вот он заходит к дяде в комнату. Вот его снова целуют. А вот неспеша раздевают и укладывают на кровать. И любят, любят, любят до потери пульса. Цзинь Лин очнулся от сладкого тумана только к концу, пока член дяди всё ещё находился в нём, активно двигаясь, а его собственное тело содрогалось в оргазме. Мало того, что впервые в жизни юноша получает такое удовлетворение, так ещё и видит, кто именно доводит его до такого состояния. Парень громко стонет, хватаясь за плечи и спину главы Цзян. Последним же его ощущением было нечто мокрое, медленно стекающее по бёдрам. Парень заснул, сквозь дрёму чувствуя, как его нежно обнимают, окунают в воду. —Дядя, я не умею плавать…— сквозь сон бормочет Цзинь Лин, чем вызывает лёгкую и нежную улыбку Цзян Чэна. Всю оставшуюся ночь Жулань пробудет в тёплых объятиях любимого человека…