С героями по Франции

Замки Луары… Одно сочетание этих слов уносит куда-то далеко, в эпоху французского ренессанса, когда впервые королю, а следом и его двору захотелось уже не крепость, а скорее дворец. Об этом и рассказывает гид, пока автобус держит путь к первому замку, Шамбору. Я вновь начинаю с простого, с основных самых известных замков, поэтому и пользуюсь туристическим автобусом. Но в планах непременно добраться и до других. Все не пересмотреть, их тут по разным подсчетам несколько сотен. Но лучшие непременно надо выбрать и увидеть! Задумавшись, вздрагиваю, услышав историю о тайном языке мушек. И не сразу понимаю, о какой эпохе идет речь: где замки Луары, а где обклеивание лица искусственными родинками?! Выдыхаю, сообразив, что просто история как-то перелетела несколько столетий… «- Что за глупая идея – обклеивать себя пятнами? – бурчит удивленно Франциск. – Это что, оспа? - Это, в самом деле, было модно, - усмехаюсь в ответ. – Но несколькими столетиями позже. Не знаю, с чего гиду пришло в голову это рассказывать, это никак не связано с замками Луары.» Ну да ладно, по замку можно гулять и в одиночестве, чем я и пользуюсь: играюсь на лестнице и прохаживаюсь среди портретов в "охотничьем домике" Франциска. Ненадолго останавливаюсь напротив портрета Людовика Тринадцатого и висящего напротив него портрета Анны Австрийской с маленьким Луи Четырнадцатым. Странно видеть их тут… «- Я всегда был равнодушен к Шамбору, - немедленно шепчет мне Людовик. – Так что никак не предполагал оказаться тут. - Она все же стала вашей настоящей супругой, - еле слышным шепотом отзываюсь ему. – И у вас родился сын. Самый известный правитель!» Взгляд Людовика теплеет. Следующая остановка – Шенонсо. И здесь уже туристов предостаточно не только снаружи, но и внутри, так что я просто вынуждена постоянно оказываться возле какой-то группы и каких-то гидов. А потому тут порой случаются казусы. Так, один раз я слышу странное сообщение, что Диана де Пуатье была учительницей. «Страшно подумать, чему она учила», - мелькает у меня мысль. «- А я бы поучился! – тут же возражает Генрих IV, двусмысленно усмехаясь. – Жаль, не было такой возможности». Я лишь качаю головой, оценивая его скабрезность. Мне не до подобных шуточек, я поднимаюсь в спальню Луизы Лотарингской. И замираю, некоторое время не решаясь переступить порог. Несмотря на обилие туристов я опасаюсь потревожить покой в совершенно черной комнате. Единственное белое пятно тут – букет калл, который регулярно ставит нынешняя владелица замка. «- Она была частью меня, - горестно вздыхает Генрих III. – И я… как же я дорожил ею! Вы верите? - Верю, государь! - Но то, что пишут у вас, о моих отношениях с мужчинам и пренебрежении женой… - О, я знаю. Но спорить с этим глупо. Лучшее, что можно сделать, это приехать сюда. Именно тут понять, прочувствовать любовь вашей супруги, всю трагедию женщины, которая фактически похоронила себя заживо без вас!» Чтобы отвлечься от тяжелых мыслей, я ухожу гулять, сознательно выбирая сад Екатерины Медичи, а не Дианы де Пуатье. Нет, я не склонна верить во все страшилки, которыми облепили облик этой королевы. Я в чем-то понимаю ее, в чем-то сочувствую, в чем-то не соглашаюсь, но безусловно уважаю и стараюсь разобраться. Я из тех, кто в монограмме замка предпочитает видеть переплетение букв C и M, Катрины Медичи, а не D, Дианы… Екатерина несомненно обладала хорошим вкусом… Да, я помню, что сады сделаны уже в современности, однако же восстанавливали их все же по тем планам и описаниям. Так что я верю, что примерно так это выглядело и в ту эпоху. Я медленно выхожу к самому красивому виду – с реки на замок и сад. Пожалуй, надо бы еще что-то перекусить. Вот только где? Припоминаю, что вроде бы тут говорили, что рядом есть ресторан… Ах да, вон там, устроен в бывших конюшнях. «- Не знаю, чья это была идея, - замечает Атос, - но он совершенно верно определил место для туристов». Улыбаюсь, но молчу – подумаешь, место для туристов! И не такое видали! Третьим замком намечен Амбуаз. Но внутреннего посещения не планируется. Причина этому – гид спешит «сдать» автобус в назначенное время в Париже. И завезти туристов там, где можно получить деньги – то есть к местным виноделам. По дороге туда гид рассказывает о замке Шаверни, который автобус проезжает. По ее словам выходит, что когда-то Людовик Тринадцатый увлекся графиней де Шаверни. Но она отказала ему. «- Что? – бормочет ошарашенный Луи. – В чем отказала? Что за глупости?» А гид продолжает какую-то свою странную историю. Муж графини увез ее на Луару и, чтобы чем-то ее занять, предложил ей построить замок. Сам же куда-то уехал. Дальше история стала и вовсе невменяемой. Потому что пришла революция. Но крестьяне не позволили революционерам пройти к замку, поскольку графиня была очень добра к ним и лечила многих из них. А после революции вернулся муж графини. И решил устроить тут центр французской охоты. «- Революция? Так скоро? – совсем теряется Людовик. – А вы же говорили?.. - Не обращайте внимания, - вынуждена отвечать я. – У гида бред, вызванный жаром. Впрочем, возможно, ваша жена пожелает узнать побольше об этой графине. До сих пор ей были известны все ваши пристрастия.» Тут же ловлю растерянный взгляд. «- Но у меня и в мыслях не было за ней ухаживать!» Я невольно улыбаюсь, а он – тихо ругается, сообразив, что фактически только что оправдывался передо мною. «- У гидов так часто бывает, - примирительно делюсь с ним я. – Путают времена, эпохи, правителей». Наконец и Амбуаз. И, разумеется, меня не может тут встретить сеньор д’Амбуаз. Вот только господин де Бюсси, знавший величие этого замка, с ужасом взирает на то, что осталось. «- Но почему?» - вопрошает он. Мне ответить нечего. Нет, я могу рассказать подробно хоть всю историю замка, но понимаю, что ждут от меня не этого. Душа поэта требует другого, а тут я с ним полностью солидарна, оставляя вопрос риторическим. «Полюбовавшись» замком издали, отправляемся к луарским виноделам. А если точнее, то к тюренским. Но это детали, а интересно в них то, что, судя по вывеске, их дело процветает с середины 16 века. «- Это правда? – оборачиваюсь к Бюсси. - Кажется, я пробовал их вино, - усмехнулся граф, припоминая. – Признаться, не самое отменное, хотя и неплохое в целом. Впрочем… в этих землях я был несколько занят… иными делами.» Ожидать большего не приходится. «- А что вы скажете? – спрашиваю другого графа, выбравшего берега Луары для проживания. - Я больше люблю бургундское, - отзывается Атос.» Среди вин замечаю розовое с названием «Миледи», тихо хихикаю и понимаю, что да, пожалуй, плохая идея предлагать мушкетеру его оценить. Впрочем, на мой взгляд красный «Франциск» гораздо больше заслуживает внимания. Я еще не знаю тогда, что розовое, особенно анжуйское, очень часто получает название «Миледи», а вариации с Франциском здесь тоже обыденны, именно он создал это место по сути... На обратной дороге перед тем, как показать фильм о других замках, экскурсовода тянет пооткровенничать: - Знаете, я бы вам не пожелала выйти замуж за местного графа. С трудом подавляю смешок, ощущая удивление как раз «местного графа». Впрочем, гид свою позицию охотно поясняет: - Это – тяжкий труд. Вам придется постоянно заботиться о замке… Ах, вот она о чем! Что это дорогое удовольствие – покупать старинную мебель, особую краску или черепицу для замка и прочее. «- Оказывается, быть графиней и жить в замке на Луаре – неприятная судьба, - иронично бросает Франциск. – А я-то выбирал эти места! - Пожалуй, это весьма здравая мысль, - пытаюсь объяснить я. – Может быть, единственная здравая за сегодняшний день от нашего гида. Но это действительно большие затраты сил и денег.» Но наш шуточный спор вдруг кардинально меняется: Рауль шепотом интересуется у опекуна, отчего так плохо жить в замке рядом с Луарой. «- Все дамы отказываются быть… такими? – не успокаивается он на затратах. – Разве никто не хотел бы… жить с вами, например, господин граф? - Вы ошибаетесь, Бражелон, - грустно улыбается Атос. – Наоборот, далеко не каждая достойна чести войти в наш с вами замок. Виконт кивает, мгновение колеблется и совсем тихо спрашивает: - А если бы такая нашлась? Она какая должна быть? - О, мой мальчик, она должна сочетать в себе много качеств. Я думаю, мы непременно обсудим это, когда вам придет срок искать невесту.» Ох, думается мне, что воспитанник вас совсем не о том расспрашивал, глубокоуважаемый граф… Сдается мне, что тогда было немало дам, кто посчитал бы для себя честью заботиться о вашем замке! И вряд ли кто-то сетовал бы на то, как тяжело отыскать необходимую черепицу для крыши. Для следующего раза я выбираю уже другую Луару. Ту, которая тоже безумна интересна мне, но куда туристы едут реже. Начинаю с города Анжера, давней колыбели анжуйских герцогов, долгое время второй по значимости провинции, поскольку это земли наследников французского трона, братьев правящих королей… Довольной крупный город все же производит впечатление неспешного, далекого от столицы. Здесь легко почувствовать себя в XVI веке, если отвлечься от порой проезжающих автомобилей. На статую Доброго короля Рене взглянуть можно лишь издали, поскольку рисковать и пробегать между машинами не хочется. Но, с другой стороны, вблизи его все равно не рассмотреть на такой колонне! Так что я направляюсь к главной цели – замку. «Обрезанные» башни смотрятся весьма необычно и заставляют задуматься о том, как они выглядели раньше. «- Боюсь, я тоже могу дать лишь примерное описание, - вздыхает господин де Бюсси. – Я не сопровождал тогда герцога». Что ж, я дофантазирую все равно, спасибо. Кроме того, меня ожидает еще кое-что старинное – полотно Апокалипсиса! Я не упущу такой возможности… За рассматриванием серии старинных гобеленов время проходит незаметно – спасибо предусмотрительности французов, которые наставили достаточно лавочек, чтобы любоваться можно было без отваливающихся ног! Впрочем, я еще дотемна успеваю купить бутылочку анжуйского… нет, не «Миледи» на этот раз. На следующий день меня ждет замок самых красивых садов. Вилландри! Однако времени у меня предостаточно и, прежде чем окунуться в эти сады, я иду исследовать замок! Узкие коридоры и винтовые лестницы – та любимая мною атмосфера! В ней одной только можно полностью раствориться! А уж когда народу почти нет – то это настоящее удовольствие от прогулки! Замок не может похвастать богатым убранством, но и того, что есть, довольно для восхищения. А главная красота меня еще поджидает. Я поднимаюсь на башню и… ахаю! О да! Этот вид – лучшее, что могло меня поджидать! Ярусы и ярусы садов. Только ради этого вида следовало сюда подниматься! - Восхитительно! – вырывается у меня. «- Пожелайте, сударыня, и ради вас будут разбиты такие же!» Я оборачиваюсь, но не могу сообразить, кто это сказал. А может, и вовсе почудилось, как тут не замечтаться? Что ж, лучше бы мне пойти гулять туда! И я теряюсь среди этих ярусов цветов и аллей, среди беседочек и лабиринтов из цветов и кустов. Интересно, а какие сады были в Бражелоне? «- А вы приезжайте, - галантно кланяется мне юный хозяин. – Им не сравниться с этими, конечно… И все же… - Благодарю, - отвечаю ему с несколько неуклюжим реверансом. – Но мне придется ограничиться лишь Блуа и Буржем». Да, меня ожидают Блуа, а после Бурж. Не менее садов Вилландри меня восхищает архитектура замка Орлеанского герцога, громада же архиепископского собора затмевает собой все, даже сад рядом. Пожалуй, и хорошо, что он довольно скромен, все равно соревнование с храмом ему было бы не выдержать никак, а так они лишь создает обрамление этому бриллианту. А от собора я иду к дворцу Жака Кера, чтобы ступить в действительно готический замок, чтобы вновь задаться вопросом, насколько человек, заведующий чужими финансами, может позволить себе создавать подобное… Погруженная в те времена, я позволяю себе посидеть тут у древних окон… И не сразу замечаю запрещающую табличку. Да и замечание мне никто не делал, хоть видели. Наверное, считают, что раз села, значит, так надо. А что мне надо? Я ведь куда только не стремлюсь! В небольшой Шомон, в довольно шумный Тур, в древний Витре и столь же старинный «мятежный» Жослин… Даже крохотный Кло Люсе я не могу обойти своим вниманием. А что я запоминаю? Все! От барельефов и стен до переживаний при посадке в поезд, спешки в дороге и медленных прогулок по коридорам, лестницам и садам. Я нахожу, наверное, ответ на вопрос, отчего именно Луара. Почему ее избрали короли, отчего сюда потянулся двор, для чего сюда отправляет своих героев Дюма да и другие авторы. Нет, дело не в климате. Дело в настроении. Центр Франции именно тут, он степенный, гостеприимный и… изысканный. В нем нет южной расслабленности и северной отстраненности. Искусство наслаждаться жизнью тут соединяется не с шезлонгом под солнцем, а с соединением архитектуры и садов. Ну и человека, конечно. С замками Луары во Францию пришел ренессанс. Но дело не только в выборе стиля строительства. Юг живет в единении с окружающим миром – это его образ жизни. Север живет в своей крепости. Центр выбрал путь, который сравним с представлением древних римлян о садах и искусстве: любоваться со своей террасы на природу вокруг себя. Каждый замок Луары самобытен. Но каждый из них соединяется с тем, что окружает его. Шамбор царит в охотничьих лесах, являясь его несомненной частью, Шенонсо будто перетекает с одного берега на другой, олицетворяя собой женственность. А Вилландри – это то самое соединение замка и сада, когда лишь из окон своего дворца можно увидеть все великолепие аллей и ярусов! Ну, если с вертолета, но кто их знал тогда? Изысканность и естественность, открытость и некоторая неприступность, а еще лучший правильнейший французский! Почти такой, как со страниц книг... Я понимаю, что замки Луары можно посещать бесконечно. Но понимаю и то, что никогда не пожалею об этом, Луара очень глубоко в моем сердце!