Как суждено, так все и будет.

Дни менялись по щелчку пальцев, общение девочек улучшалось. Совместно они пересилили видимо-невидимо трудностей, Софья полностью изменила взгляды Алины на дружбу. Девушки удачно отпраздновали Новый год, им частично удалось вытеснить Эдика из их жизни, проблемы с семьёй Софьи почти решены. Каждая ситуация все больше и больше сближала подруг.

***

На двор ступила весна. Снег таял под лучами солнца, на улице была мерзкая грязь, солнце начинало печь голову — время снимать шапки и куртки. Соню и Алину это не обошло стороной. Алина проверяла карманы курток на наличие денег и прочей мелочи, а Соня складывала зимние вещи — вроде ничего необычного. Розововолосая начала проверять куртку Сони и вместо денег нащупала что-то странное, похожее на маленький зип-пакетик. Не медля, Олешева достала эту вещь… Что и требовалось ожидать: опять наркотики. В этот раз даже хуже: MDMA, он же молли, он же колеса, он же ешка, если утверждать понятным языком, то экстази. — Чижик, может, ты что-то хочешь мне рассказать? — натянуто улыбалась розововолосая, ожидая ответ. — Да нет… Что стряслось? Ты чего такая напряженная? — спрашивала Софья в полном недоумении. — Ты уверена? — спросила Алина и покрутила перед носом Софьи пакетик с разноцветными таблетками. Розовая, желтая и салатовая — Алина раздавила их, не вынимая, а Софья лишь отпустила глаза в пол. — Ты мне обещала, — давила на мозг розововолосая. — Знаю… Но не могу… Я стараюсь уменьшить дозы, — оправдывалась рыжая. — Заткнись. Хватит. Ты не можешь остановиться, — не сдерживая гнева, отвечала Олешева. Необузданный характер Софьи, разгневанная Алина — очевидно, это не приведет к добру. Девушки очень сильно поссорились. Со зла они обе давили друг другу на больное. Как принимали оскорбления в свою сторону, так же и отдавали в ответ. — Ты жалкая шлюха, которая только трахаться да сосать умеет! — кричала Софья, не останавливая визг поросенка. — А ты ебаная наркоманка! Своего отца на органы продашь, ради дозы! — стреляла в ответ розововолосая. — Отца не трогай, паршивая сука, — проглотила ком в горле рыжая. — А разве это не так? Наша маленькая Сонечка делает мне больно очень часто своими выходками. Я за тебя беспокоюсь, а тебе похуй, эгоистка, — с улыбкой откликалась Олешева, ожидая, пока рыжая зарыдает от обиды. Алине нравилось наблюдать за тем, как плачут и страдают от её слов люди. Софья не выдержала и толкнула Алину в стену. Девушка болезненно скрючилась и, схватившись за живот, поползла вниз по стене. Не унимаясь, Софья схватила клок розовых волос и задрала голову младшей наверх. — Маленький котенок решил, что может делать мне больно? — издевалась Сомусева за обидные фразы, сказанные ранее. Софья намотала пряди на кулак, потянула голову Алины наверх, чтобы видеть ее лицо. — Слабый щенок. Тряпка. Что ты ноешь, блядина? Ты сама сейчас нарываешься, — бросалась Софья. Розововолосая не сдержалась и залилась слезами. Солёные дорожки скатывались по бледной щеке, в глазах была горечь. Терпение у девушки лопнуло. Толкнув рыжую от себя подальше, она выиграла лишнее время для побега из общажной комнаты. За десять секунд Алина надела замызганные кроссовки и олимпийку, которую когда-то нюхала Софья и плыла от счастья. Наушники в уши, Алина испарилась за несколько секунд быстрее пожарника. — Скотина! — рявкнула Софья, а в ответ услышала лишь лязг двери. Рыжая перенеслась на кухню тихими шагами, сразу вспомнив вечерние посиделки с младшей, и разбила пару тарелок со стола вдребезги. Каждое блюдце она колотила о стену, выливая свою агрессию и боль, накопившиеся за столь долгое время. Так как эмоции начали выходить наружу, слезы тоже не сдерживались и катились по покрасневшему лицу.

***

Наступала ночь. Ветер обжигал людям лица и открытые участки тела. Весна весной, а погода весьма обманчива. Алина сидела на остановке, согревая дыханием худенькие ладошки. В мыслях только одно: где можно переночевать? В подъездах отопления нет, а домой возвращаться тоже не вариант. Олешева нервно начала скользить пальцами по экрану телефона, набирая текст. Девушка настолько набралась смелости, что решила написать своему менеджеру по работе. На самом деле, это её приятель, не более. Ожидая ответ, она сидела на лавочке и дрыгала ножками. Уши ухватили аккорд уведомления. «Привет, ну… я не против. Но жильё просто так не дается… Перепихнемся — и койка твоя. Я знаю, что ты согласна, можешь не скрывать. Я в аптеку, вино есть дома. Адрес: ЖК «Орловский парк», 2 корпус. Встречу возле подъезда, не переживай, жду.» Розововолосая ожидала такого ответа, поэтому особой реакции на оплату не было. Девушка села в трамвай и направилась по назначенному адресу.

***

Тусклые, почти перегоревшие лампочки освещали небольшой уютный коридорчик. — Раздевайся, я пока вино разолью по стаканам и сыр нарежу, — сказал парень, поспешно удаляясь в гостиную. — Как скажешь, Роман, — с лукавой улыбкой промурлыкала девушка и прошла вслед за менеджером. Алкоголь начал раздирать горло ребятам и попадать в организм. Чтобы не медлить, они приняли на грудь по одному бокалу вина и начали пошлую забаву. Парень медленно и вульгарно обвивал теплыми руками талию девушки, все ближе и ближе двигаясь к бёдрам, а Олешева в ответ пикантно вцеплялась ноготками в плечи парня. Разогретая парочка вертко, с попутными ласками перешла в спальную комнату, в которой горела всего одна свеча. Олешева сжимала в руках мягкий, в красно-синюю клеточку плед. Избавив Алину от верхней одежды, Роман оставлял влажную дорожку поцелуев на ледяной шее и груди девушки. Вдох. Выдох. Парочка «влюбленно» играла друг с другом, на стене показывались ритмично двигающиеся тени. Вдох. Выдох. Жаль, что вся эта пошлость и разврат были только ради выгоды. Свеча погасла. Алину разбудил звук воды с кухни. Роман мыл бокалы из-под вина и протирал их насухо полотенцем. Девушка взглянула на экран телефона. 32 пропущенных, 20 новых сообщений от контакта «Сонечка» Стремительно, чуть неуклюже розововолосая надела нижнее бельё, штаны и олимпийку. Не сказав ни слова, дамочка мгновенно оказалась в ванной и начала осматривать свое лицо. Перестраховавшись Алина отодвинула воротник олимпийки и увидела у себя на шее три бордовых пятна. «Сука, я просила без засосов. Теперь отмазываться», — подумала девушка и отправилась в общагу. По дороге розововолосая забежала в цветочный магазин и табачный магазин, чтобы купить цветы и пачку сигарет. «Набор джентльмена, блять. Синий винстон и букет из девяти роз. Тупо и глупо», — ругала себя девушка. «Перешагнуть порог, подарить цветы — и все, перешагнуть порог, подарить цветы — и все», — Алина повторяла эту фразу, словно мантру, пока не дошла до двери, ведущей в комнату общаги. — О, возвращение блудного сына? А, так ещё с цветами и засосами на шее пришла. Ну, привет, проказница, — ревниво прочирикала Соня. — Ну ма-а-ам, — в шутку промямлила розововолосая. — Не ревнуй только. Цветочки тебе вообще-то… Сигареты тоже, а за засосы… я объяснюсь, за пропажу тоже, — выгораживала себя Алина, протягивая в руки Софье презент. Бестия приняла цветы и сигареты. Она демонстративно поставила руки в бока и смотрела убивающим взглядом. Младшая разулась и встала, как оловянный солдатик. Пассивность и тишина со стороны Сони сильно давили на мозг, поэтому розововолосая наивно протянула руки для объятий. А Софья, словно китайская стена, продолжала стоять и ждать, когда кончится терпение Алины. — Ну, Сонь, прости, — младшая начала обнимать Сомусеву, ожидая ответного взаимодействия. — Прости за пропажу, за то, что не выходила на связь, за то, что давила тебе на больное, я погорячилась. А засосы… Мне пришлось переспать за кровать. — Я подумаю. Но я все ещё не закончила для тебя бойкот. А насчет спального места… ну, дурочка, что сказать, — Софья улыбнулась и робко обняла Алину. Младшая уныло выдохнула после ответа рыжей: ведь если Соня обижается, легче повеситься. Десять лет с цветами к ней ходи — не простит. Извинит, если прихоти её выполнишь, а прихоти у нее невыполнимые, как у старухи из сказки «О рыбаке и рыбке». Комнату освещал маленький ночник. Соня читала книгу, а Алина пила чай и работала. Розововолосой было непривычно просто молчать, обычно девочки общались днями напролёт и им ничего не мешало. — А, кстати. За наркотики извини. Через силу брошу, — кинула рыжая и вновь увлеклась книгой. Младшая приняла слова Сони к сведению и продолжила тыкать кнопки на компьютере, набирая текст. Сомусева малость взбунтовалась, закрыла книжку и откинула её в дальний угол комнаты, надувшись, словно индюк, начала укутываться в одеяло куколкой. — Э, Сонька, а ну-ка не дебоширь, что случилось? — удивленно спрашивала Алина, попивая чай. — Да ничего. Заебенила эта ванильность, даже в книге у всех отношения и все трахаются. Может, мне тоже хочется. — После реплики Соня начала плутовато ухмыляться и ловить взгляд младшей. Комнату покорило умиротворение. Девушки смотрели друг другу в глаза минуты две. Соня улыбнулась Алине последний раз и юркнула под одеяло, пожелав спокойной ночи. «И что это сейчас было?.. Очередной легкомысленный вброс или намёк на то, как загладить вину?..» — Твою мать, — Олешева пустила последнюю реплику.