— Теперь ты должен мне свою карьеру. Ты ведь понимаешь это? Ты теперь всегда будешь смотреть в зеркала, чтобы проверить, где я. Потому что ты больше не имеешь права на ошибку. Кими смотрел на него, не в силах дышать. Он пришел сюда за прощением, но вместо этого Джордж накинул ему на шею невидимую удавку. И самое страшное было в том, что Кими был готов затянуть её сам.

— Может, у тебя завелись сахарные феи? Говорят, они приходят к тем, кто слишком много ворчит.

— Слушайте… что-то… что-то с компьютером. Ужасно тормозит, — Оскар врал, не моргая, хотя его лицо было пунцовым, а дыхание сбитым. — Я сейчас всё вырублю и попробую перезагрузиться. Скорее всего, сегодня уже не вернусь. Всем… всем пока.

— Тебе не нравится, когда твой хороший полслушный мальчик говорит правду? — Кими хихикнул. — Я просто стою здесь и думаю о том, какой твой член на вкус прямо сейчас. Наверное, горячий... и такой твердый, что тебе больно стоять так ровно, да? Я так хочу его почувствовать, Джорджи. Хочу, чтобы ты перестал быть таким правильным и просто заставил меня замолчать своим членом.

Усталость — это когда у тебя синяки под глазами, — Макс сделал шаг вперед, вторгаясь в личное пространство, которое Джордж охранял, подобно сторожевой собаке. Джордж напрягся. — А когда у тебя руки трясутся так, что ты не можешь держать стакан в комнате отдыха — это что-то другое. Какого черта с тобой происходит?