мучительный выбор из двух зол, танец, который избавит Астариона от вечных страданий

кто сказал, что вампиры не отражаются в зеркалах?

Тело Хальсина неестественно, но приятно горячее, исправленное магией, и Астарион жмется к нему, вцепляясь ногтями в крепкую спину и обвивая ногами его поясницу. — И ты это подстроил, — мурлычет вампир друиду в губы, но не спешит целовать, — И эту прогулку, и купание, и все остальное, — он отстраняется и слегка прикусывает мочку уха Хальсина. — Что — "остальное"? — нагло улыбается Хальсин, — В программе вечера было только романтическое купание под луной, но мы превратили в разврат и его.

— Почему ты ничего не сделал, почему не остановил меня? — Астарион толкает его в грудь, но друид остаётся неподвижным. И, кажется, в его глазах пляшет усмешка. — Потому что ты остановился сам, — Хальсин перехватывает его бледные ладони, — Ты знаешь меру. — Враньё. — Как скажешь, но я перед тобой и всё ещё жив, — шепот Хальсина вперемешку с прохладным ночным дуновением ветра щекочет кожу. Астарион млеет лишь от этих слов.

– Чёртов андроид, Рид? Да ты с ума сошёл, я даже со своим телефоном разобраться не могу, а ты предлагаешь мне приобрести робо-няньку и доверить ему сына? – Освоишь технологии на старости лет, – чуть ли не корчась, он допивает премерзкий растворимый кофе, – Я в советчики не нанимался, но другого выбора у тебя нет.