Яков Штольман должен был приехать в Затонск 5 лет назад; его спасли. Но от судьбы не отвертеться, и без власти покровителей его всё же отправляют в этот странный город. Громкое убийство, людские толки и, наверное, сама судьба ведут его к одному человеку — таинственной Лесной Барыне, местной ведьме и медиуму. И почему она говорит со Штольманом так, будто ждала его всё это время?

— А знаете, что? — Пётр Иванович произнёс это с интонацией, в которой Яков Платонович услышал не только два знакомых ему поколения Мироновых, но и нескольких их пращуров. — Сыграйте-ка с Аней. — Получив вместо ответа скептический взгляд, он настаивал: — Сыграйте-сыграйте! И сами всё увидите!

«Как же хорошо, что меня не отдали в этот ваш Лицей». А если бы Николай Павлович всё же оказался там? Учился за одной партой с Пушкиным, фантазировал о будущем? «Я мог бы с вами учиться, болтать о хорее, может и вовсе быть вашим другом!» Но так ли всё просто?

А он… Бог тому свидетель — он гений. Он небо — он фигуры в облаках, он раскатистый гром, и тянуться к нему — бесконечно и так бессмысленно. Творец и сам — произведение искусства. Была бы воля Бенкендорфа, он залил его янтарём, чтобы вечно любоваться. Чтобы сохранить. Уберечь.