"Хватит сомнений. Думай своей головой, жертвуй. Спеши." А я так, боюсь, не сумею.

— Мне снилась Тьма, — хрипло-хрипло, Ганнибал его вряд ли расслышал. — Это был кошмар? — продолжает Лектер так же тихо. — Нет. Это было… Нечто прекрасное. Я никогда прежде… — Замолчите, Уилл. Замолчите и успокойтесь. Ваш пульс слишком частит. И Уилл замолкает, вновь закрывает глаза и позволяет себе ничего не делать целых девять с половиной минут.

Уилл мнется перед пустым холстом и незаметно вздрагивает, когда Ганнибал наклоняется к нему и, не смея прикоснуться, произносит чуть слышно: - Что Вы хотите рассказать мне, Уилл? - и от его четкого голоса, раскаленной печатью пробирающегося под кожу, по хрупким позвонкам спины ползут липкие, колючие мурашки. Уилл хочет рассказать ему многое, но язык предательски присыхает к нёбу.