Беззубик изнутри разъедался тоской и сомненьем, и от одинокого уныния не спасала в груди тлеющая искра. Беззубик смотрел на песок, на котором маленькими камешками выложен его второй удачный рисунок, и хотел спалить не только камни, но и песок, и сухую корягу, оставив границу около высокого дерева. Потому что за деревом сидел когда-то Иккинг, и потому что первый рисунок намного лучше.

Железка, отколовшаяся от диадемы его драгоценного братца, впервые за всю неделю хоть как-то проявила себя, ощутимо нагревшись в кармане толстовки. Хотя злополучный осколок не был большей его проблемой - а вот всё остальное было. И внезапно уютный чужой сон, оказавшийся кошмаром Дрима, и сам его близнец, сидящий слишком близко на парящем в пустоте островке и, кажется, готовый разрыдаться вопреки своей сущности хранителя позитива. Найтмер мысленно чертыхнулся.

Поддавшись,потерял. История о возвращении.

Слишком горячее для рук, слишком сильное для воспоминаний, оно зовёт Домой