И сейчас, стоя рядом с Маринетт в телестудии, я проговариваю про себя слова матери: «Всё будет хорошо».    И я верил в это, но лишь до того момента, когда услышал голос Бражника. До того, как всё стало не слишком хорошо.

Тишину нарушали лишь две вещи: размышляющий Плагг и гроза.   — Не понимаю, — восклицал квами, — ну узнал ты её личность, что дальше? Ничего же страшного не произошло?   — Плагг, как ты не понимаешь! Я же пообещал ей… пообещал, что не буду пытаться узнать её личность, — зеленоглазый вздохнул и, закрыв ладонями глаза, кажется, впал в отчаяние.  — Успокойся, парень, — квами радрожённо фыркнул, — это была лишь нелепая случайность. Забудь.

У них нечто большее, чем просто дружба. Маринетт продолжает смущаться и путать слова при разговоре с ним, при этом продолжая любить Адриана.