Коул Фелпс — звезда транспортного отдела, но его талант, конечно же, не должен пропадать здесь. Стефан всегда знал, что для его напарника предназначено гораздо большее, и кто он такой, чтобы лишать его этого? Всë было очевидно с самого начала, просто он позволил себе обмануться.

В конце концов, судьба ещë не отбирает их друг у друга, и это высшее благословение, которое может быть.

Торвальд улыбается, мягко, слегка лукаво. «Я первым буду на страже», «отдохни» — смеëтся он ехидно про себя. Хорошо, что не уснул, а то бы валялись оба под этим дубом и ухом не вели, что там поджидает их с рассветом, который вот-вот должен расцвести на небе розовой полоской.

Она смотрит на подëрнутое пеленой возмущения лицо безразлично. Безразлично скользит взглядом по усталым серым глазам, безразлично — по носу с лëгкой горбинкой, безразлично — по чуть розовым губам, сжатым в тонкую полоску. Ей чужое лицо даже кажется некрасивым, уродливым, отталкивающим, и, наверно, она кривится, раз это лицо отчëтливо приобретает оттенки гнева, смешанного с недоумением.

Так, в конце концов Зик Йегер пришёл к выводу, что одиночество ей не к лицу. Не к прекрасному, пусть и зримо усталому лицу.