— Это потому, что раньше ты был в меня влюблён? — внезапно спросил Майк. — Что!— Теперь настала очередь Уилла покраснеть ещё сильнее; он бросил на него взгляд, который приберегал только для Майка Уилера. — Нет. Боже. Это было сто лет назад. Я уже давно это перерос. Майк сделал жест, словно подводя итог. — Видишь? Так что? Ничего странного в этом не будет.

Лето 1989 года. Прежде чем партия разъедется по колледжам, они планируют последний поход в лес. Запертый в палатке с Уиллом, Майк пишет письмо с извинениями, которое постепенно превращается в чистосердечное признание по мере того, как он осознаёт свои истинные чувства. У него есть неделя, чтобы подобрать нужные слова, иначе он потеряет любовь всей своей жизни навсегда.

Спустя полтора месяца после событий «My Will Is Good» Майк и Уилл проводят выходные в Монтоке, становятся ближе, чем когда-либо, и привыкают к жизни в качестве пары. Майк пытается разобраться с мыслями о каминг-ауте и о том, что значит быть геем в девяностых. Или: Майк и Уилл развлекаются в Монтоке, занимаются этим без презервативов, и они оба — настоящие задроты и влюблены.

Это 1992 год, Майк и Уилл — студенты третьего курса и живут вместе в крошечной нью-йоркской квартирке. Жизнь прекрасна. У Майка есть всё, о чём только можно мечтать: его лучший друг, невероятный город и целый мир у его ног. Единственная проблема? Он влюблён в упомянутого лучшего друга и понятия не имеет, как ему в этом признаться. К счастью для него, каждую пятницу вечером у него появляется возможность сблизиться с ним, если он пообещает после этого не вести себя странно. Что тут сложного?

— Я... я хочу помочь тебе, — говорит Майк, не открывая глаз. — Помочь тебе получить удовольствие. По спине Уилла пробегает дрожь. Эти слова словно из фантазии, из сна, который, он точно знает, у него уже был про Майка. — Ты когда-нибудь... — И тут нерешительность Майка заставляет Уилла снова встретиться с ним взглядом. У Уилла перехватывает дыхание от увиденного. Его зрачки расширены, дыхание прерывистое. Он выглядит голодным. — Ты когда-нибудь трогал себя, Уилл?