Все у Индро было на подхвате, все под контролем, язык подвешен, а коли он не срабатывал, то и кузнечий кулак бил не легче его молота. И ведь находились смельчаки, которые хотели поспорить с таким здоровяком, там же плечи одни размахом с дверной проем почти, несуразные, как и он сам. И грудь у него мохнатая и широкая, как у зверюги дикой, неудивительно, что бабы так вешались на него, им только крестьян работящих подавай. Да и в штанах у него, как у коня громадный хер был. Кому такое надо?

Все слышали легенду о прекрасном мече, покоящемся на дне Вежицкого пруда, но никто так и не отважился его отыскать. Никто, пока один любознательный кузнец не услышал эту легенду и не отправился на его поиски.

Кровавая вонь, хруст костей в темноте, волчий вой. Два синих огня уставились на ошалевшего Яна, привязанного к дереву.

Он искал его, впадая в отчаяние. Цеплялся за каждую ниточку, что могла бы привести к нему. И одна таки привела.

Тонкие стены закутка под Пиркштейном стали свидетелями одного откровения. И не только они.