Он горько усмехнулся и взял её за предплечье, которым Зои за него держалась. – Когда она умирала, она сказала, что обязательно найдёт меня в следующей жизни. Что у неё будут светло-карие глаза и тёмные волосы. Что она будет красиво и необычно петь. И что я её сразу узнаю.

Это история о доверии и ответственности. Хотя нет, о полётах на паутине и езде на мотоцикле. На самом деле, тоже мимо. История о том, как сложно разобраться в себе и при этом ничего не сломать. А для этого кто-то должен быть рядом.

Впечатавшись в стену рядом с ним, он как мог аккуратно толкнул стекло, которое Блэк всегда оставляла открытым для него. Руки всё ещё тряслись. Парень бросил мимолётный взгляд на своё отражение. В любое другое время он бы ощетинился и поспешил придать себе более невозмутимый вид. Но глядя на себя, испуганного, дрожащего, он мог сравнить себя только с уличным щенком, который слишком рано оказался на улице и который нуждается в том, чтобы его защитили от ужасов этого мира. Спасли. Хотя бы сейчас.

Хоби понятия не имел, как так получилось, что Патриция с наручниками и салфетками в руках тащит его в другую комнату, под смех Джерри, Элеоноры и Мэта. Нет, против хорошей дрочки он ничего не имел, а вот против спора, из-за которого намечалось сие действие, очень даже.

Было тихо, но вдруг… Раздался тихий звук струн. Струн гитары. Его гитары.