— Хочу вернуть твоё доверие. Хочу вернуть тебя, потому что мне тебя не хватает. — Его палец медленно коснулся ее виска. Она замерла, не в силах пошевелиться. — Ту, что плачет по дому, по маме, по своему «настоящему» имени… которая дрожит от каждого шороха… И другую Помни, которую так давно хотел узнать.

Он был единственным и неповторимым. Пока не встретил своё идеальное отражение, готовое стереть грань между оригиналом и копией. Та самая Помни, которую он так давно хотел увидеть. В мире, где нет места шуму, они стали единственным звуком, который имеет значение.

В кондитерской, пахнущей одиночеством и жжёным сахаром, застыло время. Вырванные из реальности прихотью Кейна, Помни и Джекс оказываются в ловушке тишины, где наконец слышат не друг друга, а шёпот слов, которые боялись сказать друг другу. И этот момент их последний шанс раскрыть карты.

— Знаешь, самое обидное, — она уже почти не смотрела на него, её взгляд был где-то позади, в их общем прошлом, — я ждала. Ждала, что ты очнёшься. Что придёшь и скажешь что угодно. «Я был идиотом». «Я не могу без тебя». Но ты не пришёл. Ты составлял списки. А я стала для тебя… просто пунктом 157.

— Ты ничего не сделала, Амелия. Просто... все меняется. Люди меняются. Чувства остывают. — Остывают? — её голос был едва слышен, но в нем звенела бездна недоверия и боли. — После всего, что было между нами? После всех тех «навсегда», что ты шептал мне в темноте? — «Навсегда» — это иллюзия, которую мы сами себе придумываем. Я не хочу больше притворяться. Это нечестно. По отношению к тебе.