— Ну надо же! И это тоже одна из твоих песен? — раздался за спиной у них голос Пирита, в нескольких метрах от них. Оттуда, где стоял более-менее нормальный рабочий стол. Тот чуть стукнул по небольшой стопке листов с черновиками, щелкнув по ним пальцем, — Не знал, что это тоже твой стиль. “I will hold you close in my arms, even if I fall apart”, ну что за прелесть ~ — Положил туда, откуда взял. Атмосфера в помещении поменялась во мгновение.

— Если твоя тощая задница ещё раз попытается отобрать жизнь из этого бренного тела, которое по праву принадлежит Нам вместе с душой — Я лично тебя воскрешу и убью.

Простые, почти зауженные форменные брюки и белая рубашка, снятый с плеч пиджак, потому что ему, похоже, было жарко... От пота на спине ткань начинала просвечиваться, показывая за собой больше светлой кожи этой фигуры, Лави не мог прекратить пялиться на эти изгибы и этот поджарый зад. Так хотелось прямо сейчас положить свои руки поверх, и сжать мягкие полушария, а лучше — уткнуться в них лицом, вместо подушки. — ... Кажется я уже начинаю бредить...

И он пулей вылетел из помещения, оставив в недоумении всех коллег. Один лишь Рампо хмыкнул, перелистывая очередную страницу. Сжимая в руке телефон, даже не успев осознать, что он забрал его с собой, Дазай запирается в служебной уборной, убедившись, что он один, и не может сдержать отчаянного скулежа.

— Но это продолжается слишком долго. — он набирает в лёгкие больше воздуха, — Я устал. Устал... постоянно бежать. К тому же вы всё равно слишком быстро бегаете, я банально не успеваю. Попытка разрядить атмосферу шуткой не увенчалась успехом, ибо она утонула в повисшей от серьёзности тишине. Вздыхая, немного нехотя, тот продолжает. — Я о том, что... Я согласен. Жить вместе.