Рождество он представлял себе по-другому. Для него оно пахло живыми елями в лесу, свежестью горного снега, в который, задержав дыхание, можно упасть прямо лицом. Ещё оно пахло живым северным оленем с тёплыми пантами, под кожей которых бьётся пульс. А ещё Рождество - это бегущие по небу изумрудные сполохи северного сияния. Рождество – это что-то дикое, ледяное и сокрушительное, как дыхание седовласого Ньёрда.

Пустынный вечерний берег, открытый океан, наивные мальчишеские мечты о пиратах и странный, случайно и так крепко вцепившийся в сердце друг...

В мире мальчика, не согретого материнским теплом, — череда нерасследованных убийств, чёрная зависть, зло и неупокоенные воспоминания о любви, которой не было. Но есть и другой мир — страна чудес, куда дорога высыпана кокаиновой пылью, где фарфоровые куколки пьют чай с кровью из игрушечных чашек, где Красная королева всё ищет, кто украл её кексы. И нужно бежать со всех ног. Чтобы спасти и спастись. Чтобы успеть сказать самое главное тому, кого любишь...

Говорят, близнецы — зеркальное отражение друг друга. Но Сиэль был скорее тенью своего брата. Невзрачной, молчаливой, болезненной тенью, которую не всегда замечали в его веселых компаниях.

Новые развлечения подросшего Сиэля и утомлённого бременем контракта Себастьяна