Никто не в силах исцелить боль Юмжит. Никто, кроме Дракона.

Олег берет Сережу нетерпеливо, быстро, жадно. Олегу кажется, что он готов сожрать его. Настолько сильно хочется ближе, теснее, может быть, даже под бледную веснушчатую на плечах и бедрах кожу. Но пока Олег может только вылизывать его шею, сжимать бедра, царапать зубами ключицы и скулить в плечо.

Олег. Он повсюду. Он в старой привычке переворачивать вещи на сушилке ровно через час, он в маленьких капучинаторах в магазинах со всяким барахлом, он в идиотских мемах. Олег в памяти.

— ВадимЛларионыч, ну хороший он студент, музыкант, активист, вы уж подсобите! — А в будущем кто за него работать будет? Бас-гитара? Татьяна Валентиновна, я уважаю студенческую самодеятельность и его рвение заткнуть каждую ж.. дырку, но учиться все-таки надо. Вадим Илларионович берется всерьез за подготовку, гоняет нещадно, но это оказывается даже интересно. Он сам едет с ними на квиз, поддерживает и болеет так, как не болеет за хоккейный клуб СКА.

Подчиняться, оказывается, легко. Естественно. Так, будто в Диме это было всегда.