Тем не менее, вот он — Рико, творец своего собственного шоу, — кружится в бушующем, словно кровь в жилах, танце на льду. Танце благодарности за поддержку Кевина, за бессонные ночи, проведённые с ним на катке, за его взгляд и искреннюю, разгоравшуюся с годами любовь. Этот прокат — ответ Рико на невысказанный вопрос о чувствах.

Ничего, они готовы потерпеть. Ради того, чтобы создать новый мир и найти смысл жизни. Ради того, чтобы Осаму дал выход своей затянувшейся депрессии, а Фёдор – обострённому синдрому Бога.

Темнота не снаружи — она внутри Комаэды, однако Хинате удаётся её вытеснять, и счастливчик каждый раз этому удивляется. Они оба настолько обычные, но в то же время уникальные, что делает их похожими и заставляет цепляться друг за друга, создаёт эту незримую, но крепкую связь.

Аниматор поднимает голову и сталкивается со взглядом глаз, отливающих сине-фиолетовым оттенком. Многие говорят, что глаза у неё серые, но он бы поспорил. Хотелось сказать, что они имеют васильковый цвет, но только более сдержанный, как и она сама. Сочетание оттенков моря и пурпура представлялось ему спокойным и вдумчивым. Такой Икусаба и была.

Чувства — это грязь, корысть, слабость. Дай им завладеть телом, позволь один раз сердцу взять верх над разумом — ты проиграешь, превратишься в такую же грязь — обычного человека — который не способен мыслить рационально, который позволяет каким-то эмоциям доминировать над собой. Конгломерат презирал чувства, признавал бездушие. Он считал проигравших отбросами, называл их мёртвыми, изгонял; победившим, «выжившим» всегда оставался только один.