И Годжо просто обожает все о Гето: комнату с плакатами, его тёплые руки, кольцо в его губе, то, как он подпевает песне в машине. Обожает и старается быть настолько хорошим мальчиком, насколько это возможно, чтобы хорошо учиться в течение недели, не ссориться с родителями, и чтобы вечером пятницы его забирал Гето на ночевку на своей старой Мазде, в которой висит отчаянно воняющая елочка, а в бардачке море дисков.

А что до Гаваны — что ж, она так и продолжит жить в своём темпе, шуметь ретро машинами, все ещё не засыпая и не просыпаясь в вечном сигарном дурмане, и ее морю и небу остаётся только беззаботно радоваться, что любили когда-то под их покровом так сильно.

В субботу Сугуру может целый день быть не в школе и не дома. Только он, коллекция его плейлистов, альбом для рисования и в этот раз доска Уиджи, которую он вырезал сам из фанеры, расписав гуашью готичные буквы, перепачкав при этом все пальцы, которые до сих пор местами чёрные. Его путь лежит к заброшенному дому, и он идёт хватать звезды за хвосты, чтобы находить под скорлупой призраков.