Омеги должны лежать смирно и не сопротивляться, пока чужие руки липко касаются обнаженного тела, опускаются ниже и… Алексей задерживает дыхание, сжимает простынь в крохотной, по сравнению с потной и волосатой рукой старого альфы, ладошке, закрывает глаза и молится, чтобы все закончилось как можно быстрее. Ему врали всю жизнь — от секса нет удовольствия, а только боль и противное чувство стыда, которое ничем не смоешь.

Раньше Алексей Лосев не думал о детях, он вообще не видел себя в роли родителя. Но сложилось так, что у мужчины мечты есть сын.

— Понимаешь, мы с моим парнем катаемся по стране, — он смотрел прямо в глаза подростка, словно змей гипнотизировал жертву, — Знал бы ты, как моя любовь голодна.

Аякс поставил свечу на стол, посмотрел на своё отражение и бросил взгляд на «коридор» в зеркале. — Суженый-ряженый, приди ко мне ужинать.

С каждой секундой дышать становилось труднее. Дилюк испуганным взглядом осматривал горящую улицу, он из последних сил пытался найти потерянного в дыму и обломках Кэйю. Слезы выступали на глазах, а надежда с каждой секундой угасала. Ноги уже почти не держали Дилюка. Где-то за спиной раздался слабый, прерывистый всхлип, а за ним болезненный хрип.