Эндрю не знаменитый автор. Конечно, у него есть фанаты кое-где, несколько заядлых читателей, но он не популярен и уж точно не всемирно известен. Так что, когда он натыкается на свою книгу в месте, где ее не должно быть и на языке, на который ее не переводили, он берет на себя миссию найти того, кто за этим стоит.

Ночи Эндрю кровью перетекают одна в другую, постоянное метание между созданием зелий и продажей их отчаянным посетителям клуба. Каждую ночь ему приходится наблюдать, как его клиенты находят любовь и дружбу с помощью его зелий, пока дыра в его сердце становится такой большой, что ему тяжело отрицать ее. Но затем, его путь пересекается с ним. С кроликом. Или, довольно жалкой, пародией на кролика.

Эндрю замечает бордовую дорожку. — У тебя все еще идет кровь. — Я не останусь здесь, — огрызается русал, посылая Эндрю взгляд, который убил бы маленького, неприспособленного человека. Эндрю игнорирует его, потому что на него всегда так смотрят. Но зато Эндрю узнает, насколько голубые у русала глаза — цвет такой глубокий и очаровывающий, что ему приходится покопаться в голове на предмет того, обладают ли глаза русалок гипнотическими свойствами.

Эндрю рос на историях о призрачных голосах и смертях. Красивые фигуры, превращающиеся в монстров, если подойти слишком близко. Целые корабли тонули в холодных морях от когтей одной особи. --- Или, Эндрю обращают в русала, и он встречает Абрама, когда был пойман русалочьей стаей.

Ли был точной копией Теи, за исключением рта и глаз. Он так же перенял от своей матери дерзость, что проявлялась, когда он шлепал своими маленькими ручками по щекам Эндрю, лепеча «Дю! Дю!». На данный момент, это была самая близкая версия имени Эндрю, до которой он смог дойти, и это было так непостижимо мило, что у Нила каждый раз что-то болело в груди.