Они застряли в грязных поздних девяностых. Панк-рок, затхлые бары, алкогольное опьянение – вот жизненные спутники каждого уважающего себя рокера в то время. Цукишиме всё равно. Он всё меняет на звучание веснушек Ямагучи Тадаши. Не учитывает одного: Ямагучи ничего в жизни не нужно, кроме панк-рока. Цукишима здесь и рядом не стоял.

Это небольшая история о том, как спонтанное столкновение в цветочном магазине может стать роковым. Миниатюрные гипсофилы заставляют людей верить в существование родственных душ, июльское солнце согревает влюблённые сердца, а Бокуто, которому в первый раз за долгое время понадобилось приобрести цветы, неожиданно находит для себя спокойствие в мягком и утончённом флористе.

— Слушай, а хочешь… — начинает Саске, замолкает, формулируя мысль, и видит, как интересуется Наруто, — хочешь мы станем безумными? На время, конечно. В смысле мы… будем творить прям лютую дичь… Ты же любишь такое. И мы сможем… таким образом мы сможем наполнить твоё… твоё сердце жизнью снова… вот.

О том, что забывать про четырнадцатое февраля всё-таки не стоит, особенно когда у тебя есть с кем его провести. Иначе получится как у Наруто с Саске: либо не получится вообще, либо сумбурно, несуразно и мгновенно.

Та розоволосая медсестра копошилась где-то в углу палаты и с жалостью смотрела на плачущего парня, борясь с горящим в ней желанием подойти и поддержать, положить сочувственно руку на плечо...