Антон тонул всю жизнь. Тонул в человеке и прекрасной синеве его глаз. Сейчас он тоже тонет. Тонет в печали, одиночестве, боли и прекрасной синеве Черного моря.

Честно говоря, будь его воля, Антон бы ещё долго рассматривал черты лица незнакомца при любой удобной возможности, ведь тот был сосредоточен на дороге, задумчиво кусая губу, но вот Шасту бы тоже не помешало бы следить за дорогой, однако какая тут дорога, если есть родинки на щеке какого-то левого инструктора? [AU в котором Арс инструктор по горным лыжам, а Антон - новичок, который учиться кататься]

— Арс, а ты знаешь, что взрослые мальчики играют в карты честно и не поддаются мальчикам помладше, которые обычно их трахают? — спросил Шастун, вновь проезжаясь носом по паху, отчего Попов дугой изогнулся. — Еще раз такое повторится — и я не буду так снисходителен, учти, котенок, я азартный. — Вслед за самодовольной ухмылкой последовал нежный поцелуй сквозь ткань нижнего белья, от чего Арсений только измученно всхлипнул, что означало, что своей цели Антон достиг.

Телефон трижды ответил ему лишь короткое "Абонент вне зоны действия сети". Подскочив с кровати Шаст активно начал ходить по комнате туда-обратно, попутно названивая Матвиенко, Позову и вообще всем кому только можно. Выслушивая сперва пару ласковых в свою сторону, получает в ответ "не знаю я где он".