— Ва-а, какая красотка. Я б с такой пошёл. — Гриша смешно и безуспешно пытается присвистнуть, скрывая — так же безуспешно — неудачу за усмехающейся гримасой. Губа не дура у пятнадцатилетнего Дон Жуана. Только вот… — Это парень, придурок, — безжалостно ему заявляю прямо в тот момент, когда он отпивает газировки. Та, ожидаемо, разлетается брызгами — я ржу, не стесняясь оживившихся людей вокруг нас. А парень действительно красивый. Думаю, смешливо поглядывая на Гришу, — я б с таким пошёл.

Резко вырываю руку из его цепких пальцев. Шагаю к лестнице. Кажется, я уже отвечал. Что не выйдет. Что меня стоит просто оставить. Отвечал и всё для себя твёрдо решил. — И всё же ты подумай! — окликает Кэйт. Настаивает — а моё решение почему-то сыпется. Но каждый раз я терпеливо собираю мелкое крошево обратно. И шагаю дальше.

Спасаясь от ливня в случайно попавшемся по пути цветочном, я никак не думаю, что найду там оживший Май, нелепо залипну на него и окажусь неспособным к тому, чтобы выбросить его из головы. Но это, конечно, именно то, что происходит.

Дима раздаривает цветы каждого роскошного букета, который появляется на его столе. Дима на внимание отвечает: "Мне нужно работать". Дима мысленно составляет список проблемности Хольта. А потом на его столе возникают ромашки.

— А вы что будете, молодой человек? Глаза в глаза. Так улыбаясь. Он убить меня хочет. Опускаю взгляд с его лица, пытаясь собраться, но натыкаюсь на его бейджик. «Серёжа». Вот так просто. Вот так сладко. Незаконно. Меня можно резать без ножа, как забытое на столе сливочное масло. Я расплавлен, мозги мои расплавлены и функционировать отказываются...