Застряв в каверне, Антон успел миллион раз представить свою скорую кончину от лап ходящих рядом эфириалов и почти смирился с этим. Поэтому он до сих пор не понимает, как он сумел оказаться в руках наглого мужчины, угрожающему ему наручниками на ближайшие пару лет, если он не соизволит помочь им выбраться из настоящей задницы. И за зтим следует весьма закономерный вопрос, а точно ли смерть страшнее серебряных глаз?

Рука на его глотке крепко сжимается. Антон почти теряет сознание, почти задыхается, почти умирает. Почти справляется с этим.

— Неужели представляешь, как будешь опрокидывать очередную сегодня? — Почти угадал, — усмехается он. — Ты так никогда не найдешь нормальных отношений. — Вот не тебе мне советы давать, Квантумец, — хмыкает Артем, ещё не зная, как окажется не прав.

— Убери своего сраного кобеля от моей крошки! — орет Антон, притягивая пуделя к себе. — Это ты суку свою приструни! — вторит ему охуевший мужчина, тыча своим мерзким пальцем в его малышку. Гандон такой, Антон ему подобное с рук не спустит.

Багровая радужка блестит, выдавая Данила с головой, но Антон упорно не понимает, почему это происходит. Почему вместо жгучей пощечины его кожу обжигают ласковые пальцы?