В Снежной всегда морозы, но именно в этом доме Бай Чжу ощущает сплошную мерзлоту. Одинокие стены равнодушно пропускают сквозняк, уничтожая остатки гордости желанием скрючиться где нибудьу камина, лишь бы дрожащие колени перестали болеть. И каждый квадратный метр этого строгого, изящного здания откликается лишь отстраненным морозным перезвоном. А единственный источник тепла кажется таким бледным и далёким, что от внезапной близости пальцы покалывает только сильнее.

—Энлиль! Энлиль... - Шамаш склонился над ним, загораживая тёплое солнышко. Острый кончик сабли повис в миллиметре от тонкой изящной шеи. - и долго ты будешь строить из себя деву в беде?! Мужчина снизу удивлённо вскинул брови, приоткрыл глаза, описывая нависшего над ним бога игривым взглядом. —А лежачего не бьют. - С улыбкой фыркнул Энлиль, наслаждаясь величественным видом возвышавшегося над ним любовника.

Иво, в глазах с очевидным удивлением, сжимал в ладони липкие осколки, рядом на полу валялась задетая лампа и раскрошенное стекло. С длинных бледных пальцев, вперемешку с дорогим вином, сочились тонкие нити крови.

И я вспоминаю каждую деталь наших последних моментов. Вспоминаю, и на душе становится невыносимо тяжело.

...но даже изумрудных мох не растёт на мраморной могиле погребённых чувств.