Женя терпеть больше не в силах, он медленно закипает. Уже минут десять пилит Петю взглядом. И как, всё-таки, было бы хорошо, если Петя не смотрел бы на него в ответ, но он смотрел ещё как, а в глазах его не читалось презрение или желание пристыдить, что было бы даже лучше в их ситуации. Он смотрел холодно, будто ничего не произошло. И Женю это изводило ещё больше, задевало в самое сердце, а потом окончательно убило.

Нет, я действительно не хочу быть с девушкой. Она не нужна мне, что сейчас, что тогда. Я просто хочу тусоваться с Арсом, потому что он смешной, интересный, очень красивый и совсем не такой, как все остальные. Он особенный, с ним мир кажется другим. И я сам себе кажусь кем-то другим.

Лиза сидела рядом и наблюдала за моими воодушевленными рассказами о бывших отношениях, а потом резко заявила: — Любви нет. Но ровно в тот же вечер она призналась мне в своих чувствах.

Мишель — волшебная, неземная, как будто она была рождена для того, чтобы одарять весь мир своей красотой, теплотой. Она как ангел, который спустился с небес — иных представлений о девушке у Лизы никак не найдется. Абьюзивные и созависимые отношения, тяжелое расставание, и будто больше никакой радости в жизни, никаких красок, но Мишель становится для нее будто каким-то спасением, глотком свежего воздуха и единственной причиной, которая удерживает ее в живых.

С недавних пор я понял, что люблю всего три вещи на этом свете: себя, свой полосатый шарф и его глаза, которые так и молили о помощи, видели во мне какую-то опору, поддержку, надежду и веру в лучшее.