Зейн понимает, что не видит. Но главный его страх не это. Вовсе нет. Больше всего его пугает то, что тебя сейчас нет рядом.

В голове Ивана, когда он смотрел на Тилла, на вечном повторе крутилась одна-единственная мысль: "Умоляю, посмотри же на меня".

Мо Жань просто хочет заботиться об учителе Чу.

— Ох, мой милый Сяньлэ, — кажется, практически любовно шепчет демон, отчего желудок наследного принца скручивается от резкого спазма. Он ощущает чужую руку на своей щеке, не понимая, когда его собственная маска была отброшена в сторону, как большой палец скользит по голой коже, освещаемый лихорадочным сиянием призрачного огонька. — Такой наивный Се Лянь, — продолжает он, однако в следующую же секунду этот тон меняется. — Я покажу тебе, как сильно ты ошибаешься, мой драгоценный маленький принц.

Лань Ванцзи не заслуживает любви. Он это знает, понимает и не спорит. Поэтому и не думает, что его чувства будут кому-то нужны. Лань Чжань их и не покажет, он просто будет. Будет рядом. Будет тенью. И зонтом, защищающим от дождя. Он не расскажет Вэй Ину о том, что внутри, ведь и дураку понятно, что Вэй Усянь заслуживает рядом совершенно иного человека.