— Кровь? — снова говорит Эдди. Его глаза совершенно чёрные, если не считать узкой полоски радужного белого в центре. Его зубы острые, его руки — настоящее оружие, и Стив думает, что, возможно, совершил ошибку, сделав это, не предупредив Эдди. Взгляд Эдди опускается, переходит на его левую руку, которая... О чёрт. С неё капает кровь на пол. — Дерьмо, — говорит Стив, делает единственный шаг назад, сглатывает. — Эдди, прости, прости, блять.

Аль-Хайтам и Кавех – наследники двух враждующих между собой организаций. Они никогда не ладили между собой. Корни проростали из давнего прошлого и уже никто не оспаривал давний факт вражды. Трудно сказать, смогут ли Аль-Хайтам и Кавех объединиться, поскольку их вражда, похоже, глубоко укоренилась. Однако, если они родственные души и обстоятельства складываются именно так, может быть возможность примирения?

Аль-Хайтам не любил людей. Ну, по крайней мере, он так считал до одного момента. Возможно, так бы было и до сих пор, если бы не распределяющая шляпа, закричавшая «Когтевран!», если не на весь Хогвартс, то на весь Большой зал точно, едва она коснувшись его макушки. Возможно, так бы было и до сих пор, если бы не стол, окрашенный в синий, который взорвался аплодисментами и с радостью принял его, Аль-Хайтама первокурсника, в свои ряды. Возможно, так бы было и до сих пор, если бы не он.

Авантюрин прижимается к Рацио и утыкается ему в сгиб шеи. Даже если это простая подростковая влюбленность, он не хочет, чтобы она проходила.

И у них впереди еще целый день, ночь и миллион таких же дней. У них впереди еще целое лето.