Вдох. Выдох. Досчитать до пяти. Воскресенье с самого начала знал что ему нужно в этом поместье и как это заполучить за два дня и одну ночь. Вдох. Выдох. Досчитать до пяти. Не знал он только, почему сердце так отчаянно бьётся рядом с тем, кто должен вынести ему виновный приговор. Вдох. Выдох. Досчитать до пяти. Обратный отсчёт начался, когда ширма скрипнула позади, пропуская Галлахера в комнату.

Он сам не знает когда упал на колени, но теперь он обнимает себя, смотря пол, не в силах поднять глаза на испуганного ребенка перед собой. -"Нет..." - говорит он шёпотом: "даже наоборот..." - "и я этому вина" хочет добавить он, но молчит, слушая биение собственного сердца. -"А ты сам хотя бы счастлив?" Нет. Но Воскресенье так ответить не может.

Воскресенье кажется что он тонет. Тонет в крови. Которая заполняет комнату. Она постепенно наполняет комнату как бутылку. И ему кажется что она уже на уровне его кровати. Ему мерещится что она заполняет лёгкие, когда в дверь тихо стучат.