Сонхун снится Джейку. Это нормально? Так бывает у всех. В какой-то момент каждому снится его лучший друг, и это нормально. Проблема возникает, когда «ты позволяешь своему лучшему другу увидеть тебя голым, потому что заснул на диване вместо кровати». Или же Сонхун застал Джейка спящим на диване во сне о себе?

Стилист Чхве Ёнджун всегда ощущал под кожей навязчивую тягу выразить больше, чем способна передать обычная одежда. И вот, всё-таки решившись, он договаривается о встрече с тату-мастером. Ожидавший увидеть девушку (проклятые корейские унисекс-имена!), он выходит из салона с татуировкой, по которой всё ещё бегут иголки от прикосновений пальцев Чхве Субина, кто решительно не девушка, а до боли красивый парень.

За свою (не будем лукавить, недолгую) жизнь Хонджун научился быть разным: неуклюжим владельцем бизнеса, обаятельным ведущим, преданным другом и (совсем недавно) абсолютно бесстыдным подкаблучником. Но жизнь приготовила ему новый вызов: как, чёрт возьми, быть парнем принца ада? (То есть сборник коротких зарисовок о жизни после основной истории, где демон Хва встречается с бизнес-магнатом/ютубером/подкаблучником Джуном.)

Мир — прекрасное место в безупречной жизни порядочного Чхве Субина... пока его не бросила девушка, с которой он прожил больше года. Это разрушает его изнутри до одного момента... Встреча и прогулка с парнем из клуба, о которой он не предполагал и хотел забыть. Но вот проблема: этот парень стал его коллегой, и с этого момента ситуация становится ещё более неловкой. Чем больше времени он проводит с ним, тем меньше он становится похож на того «хорошего мальчика», каким он был всю жизнь

Проливной ливень безжалостно бьет по изношенному тротуару, словно небеса – если они есть – обрушивают свой гнев на опустевший город. Темные переулки теперь превратились в не более чем мутные реки, текущие под непрекращающимися дождями. — Ты знаешь, что тебе нужно делать, — говорит Ёнджун откуда-то позади него, и Субин тяжело и дрожаще вздыхает. Действительно ли он? Его дрожащие пальцы держат спусковой крючок, тяжесть решения теперь невыносима. Он не может этого сделать, он не такой.