Джулс считал, что у него неплохие перспективы стать хорошим врачом. Особенно когда его руководителем являлся такой человек, как Тобиас Хендрикс.

– Ты не в порядке, Эдди.

Походы в клуб всегда казались Джулсу плохой идеей. И всё же он здесь. С бутылкой пива за столиком. В кампании лучшей подруги, что уже около пятнадцати минут сквозь какофонию звуков пыталась уловить его голос, полный злости и возмущения. (AU, в котором Тобиас, как и в оригинале, не дал Джулсу разрешение на прохождение ординатуры. Отклонение в том, что они не встретились, из-за чего молодой врач так и не узнал, как выглядит Хендрикс)

Джулс – взрослый человек... что, подобно подростку, метался между покупкой и приготовлением конфет для своего мужчины ко Дню святого Валентина.

Когда-то он уже находился в подобной ситуации. Много лет назад его мать попала в эту самую больницу, и в тот злосчастный день Джулс тоже не знал, что с ней происходило за дверью операционной. Вот только теперь он даже не знал, где она. И если несколько лет назад врачи не выходили из операционной, что являлось хоть неким показателем того, что его мать всё ещё жива, то теперь Джулс затерялся в отчаянии незнания, из которого не мог выбраться.