Костяшки пальцев протёрли уголки глаз, услышанное напоследок вторило эхом, с тем же отвратным звоном в голове. Настенный автопортрет уставился на Джонни в ответ — вглядываясь словно в само нутро и задаваясь похожим вопросом: «И к чему это было?»

Очередная провалившаяся попытка начать всё с чистого листа.

Бандонео́н внезапно обратил на себя слух, исполняя свои первые расписанные на бумаге ноты. Приглушённый ропот зрителей и звон металлической посуды становятся одной гармонично бурлящей мелодией. Музыкант словно плывет по клавишам фортепиано, подстраиваясь под нарастающий темп. Дыхания смешиваются, и тела движутся в унисон.

Хватит бегать глазами с угла в угол, прими горькое поражение, посмотри в лицо грядущей гибели, — я заслужил смерти лишь от твоих рук, так как знаю — я виновен.

Яркая луна и множество звёзд снова скрасили ночное небо. Мельком заглядывали в окна спящим и освещали путь блуждающим. Ни одна тучка не посмела закрыть подобное творение искусства. И опять она тревожит дремлющих голодных тварей. Ярость и беспощадность течёт в жилах этих существ. Воля руководит ими как марионетками, велит не отрекаться от желаемого. Ведь кто будет отказываться от кусочка плоти и крови трясущегося в страхе человека. Читать в глазах их приближающую, неминуемую и мучительную смерть.