Вдруг внимание Чана привлёк слишком юный для подобного места парень, который прошёл мимо их столика и сел на колени к мужчине вдвое старше его самого. Профиль парня было трудно разглядеть из-за полумрака и резких розовых вспышек местного освещения, однако даже в таких условиях Кристофер не мог не узнать это лицо. Сердце то ли пропустило громкий, рваный удар, то ли вовсе остановилось. Это был Чонин...

В одно короткое мгновение на весь город опускается густая темнота. Все огни резко выключаются. Вид необычный: абсолютно всë «потухло», из оставшегося света только блёклая луна и фары редко проезжающих машин. Чан дома, ему не на что жаловаться: ноутбук полностью заряжен, хватит до конца всего этого тёмного кошмара. Но в голове лишь одно лицо, в мыслях лишь один улыбчивый мальчишка с брекетами, большими планами на будущее и невообразимой страстью к музыке. Чонин не отвечает на звонки и сообщения.

Крупная багровая капля, смешавшись с дождевой водой, медленно скатилась от рассечëнной брови к виску. — Хëнджин... Мне больно. Хван покрепче сжал его ладонь и, стараясь сквозь слëзы и животный страх правдоподобно улыбнуться, дрожащим голосом ответил: — Всë хорошо. Я рядом. Смотри на меня. Не поверил. Феликс шумно и прерывисто выдохнул: — Я умру, да?

Маленькая милая история, которая началась с нелепого знакомства и закончилась большой любовью.

— Мне противны такие, как ты, Джисон: заискивающие букашки, которые осознанно выбирают всю жизнь быть под чужим ботинком и пресмыкаться вместо того, чтобы получить разок, но дать другим понять, что и они могут защитить себя! А тебе, видимо, просто нравится служить другим половой тряпкой! Хан застаëт Ли врасплох, хватая его за воротник и грубо припечатывая к ближайшей стене: — Заткни свой рот! Ты ничего обо мне не знаешь! Ничего! Не смей судить меня, заносчивая скотина!