Время средневековое: книжек нет, а если есть, мало какие станут описывать поведение птиц. К счастью, существу наблюдательному и недоверчивому нетрудно самостоятельно подмечать детали и делать умозаключения. В конце концов, можно и спросить. Тем более, когда у вас в запасе шестнадцать лет — бездна времени. Так Малефисента узнаёт много совершенно ей не нужных, мелких, вроде забавных, а вроде серьёзных деталей о птицах. Точнее, о воронах. Об одном в особенности.

«Самый крутой цветочный магазин в городе», — говорит ребёнок. Как будто такое вообще бывает, как будто цветочные магазины могут быть крутыми или нет. Но опять же, Диаваль ничего не знает о цветах, кроме того, что он ужасно устал колоть пионы на руке каждого десятого клиента.

Тётушки наказывали Авроре никогда не разговаривать с незнакомцами. Но этому наставлению очень трудно следовать, когда посреди ночи у её окна оказывается человек в чёрной одежде, представляется Красавчиком, которого она знала всю жизнь, и просит последовать за ним куда-то, где её ждёт подарок на её десятый день рождения. И ещё хранить это всё в секрете.

Одно желание — и всё оборачивается вспять. Одна подпись — и заклятие нависает чёрным облаком, и мечи достаются из ножен, и запах войны вновь витает в воздухе, и птица спасает себя сама. Один договор — и часы отмеряют каждый час.

Малефисента, как известно, не имела навыков (или терпения для) светской беседы и лести. У Диаваля же, напротив, язык был просто подвешен, настоящий дар красноречия. «Я прямо как Бларни Стоун», – сказал он – что бы он ни имел в виду...