«Мне нужен хозяин в доме, чтобы безжалостный с другими, но ласковый со мной. Надо будет – стану добиваться, если тебе важно, чтобы всё было как у людей. Год, два? Не побоюсь напрячься, — слова господина Чона – гром среди ясного неба: — Я даже не побоюсь тебя полюбить, если это так необходимо».

«Плохой ли, хорошей рождается птица, ей всё равно суждено летать». И Тэхён тоже мечтает парить на сцене Сеульского театра. В планах попасть в престижную балетную труппу, сбежать из оков матери и вдохнуть полной грудью. Что же может не задаться? Жизнь — череда событий. Никогда не угадаешь, где окажешься завтра. Но Тэхён должен понять одно: если суждено — то точно сбудется.

Тебе кажется, что ты взрослеешь постепенно, но, черт возьми, однажды это хлестнет тебя как ветка в лесу, отпущенная впереди идущим.

Из чужих уст можно услышать, что сегодня вновь кто-то лишился руки из-за алмаза.

Конный спорт – это две жизни, тесно переплетающиеся в одну, и, если ипподром покидает один, спорт должен покинуть и второй. А Ким Тэхён упрямо настаивает дать им шанс.

«Я хочу любить тебя и хочу от тебя взаимности, если ты позволишь, — господин Чон одной ладонью поглаживает поясницу, что подрагивает от прикосновений. — Я хочу добиваться тебя, — еще более вкрадчиво. — Не бойся своих чувств из-за неопытности. Мы сможем вместе пройти через это, и все будет хорошо, — он целомудренно прикоснулся губами ко лбу Тэхена и сделал шаг назад, выпуская из своих не тесных, но надежных объятий».

Тэхён не интересовался футболом, но до сих пор носил потрёпанный брелок с чёрно-белым мячом на ключах от квартиры. Тэхён не любил кофе, но упрямо давился им каждое утро и отказывался начинать день без горькости на зубах. Тэхён не доверял Чонгуку, но продолжал рассыпаться на его простынях в надорванных вздохах. Тэхён ненавидел свою работу, но изо дня в день, смотря в зеркало, врал самому себе, что так правильно. — Хочешь расследовать это дело? Пытаешься очистить совесть таким образом?

— Чем будешь расплачиваться за проигрыш? Телом, — чонгукова рука отрывается от капота и скользит по бедру омеги, останавливаясь возле паха, на что Тэхен слегка поджимает губы, сдерживая прокатившуюся по всему телу дрожь, — или тачкой?

да здравствует наше лучшее будущее, освобождайтесь и возноситесь.

— Освобождайтесь и возноситесь, мрази, — рычит он, вонзив катану в глаз аспида.

Чонгук не думает о том, к чему может привести такая беспечность и недальновидность, к чему может привести чужое желание оказаться на пьедестале, быть номером один в глазах людей. Однажды Тэхён, без сомнений, упадёт. Главное – чтобы рядом были те, кто поможет ему подняться.

Все запомнили меня талантливым артистом, у которого были прекрасная жена и любимая дочь. Единственным злодеем в моей жизни был Чон Чонгук. Чонгук, который по моей вине остался навеки мерзавцем. Никто не знает кем мы были друг другу, но пришло время очистить его имя и рассказать о нашей реальности.

"Когда война закончится, мы поженимся, и я буду выращивать цветы, похожие на тебя, и наша история станет одной из самых красивых историй о любви во вселенной", — гласило письмо, найденное в кармане погибшего солдата, капитана Чонгук Чона, 1895.

Впервые он встретил его на похоронах: Тэхёну на момент смерти было 76 лет, а Чонгук являлся лучшим другом его внука.