Превращение Чонгука из измотанного помощника своего босса в потенциального папу практически за один вечер.

Как такое возможно, что всего лишь мамино возвращение домой совсем не вовремя теперь грозит Тэхёну посещением психолога? Очень просто! Ведь гомосексуализм это болезнь, так считает мама, и специалист обязательно поможет. А Тэхён смотрит на этого специалиста и понимает, даже если бы он до этого был самым натуральным натуралом, то именно сейчас сменил бы ориентацию.

— Чем будешь расплачиваться за проигрыш? Телом, — чонгукова рука отрывается от капота и скользит по бедру омеги, останавливаясь возле паха, на что Тэхен слегка поджимает губы, сдерживая прокатившуюся по всему телу дрожь, — или тачкой?

В школе не учили, как быть в случае, если люди начнут жрать друг друга, умирать и вновь восставать, пожирая снова и снова.

Под проклятым небом в красные ночи мы были крещены пороком.

— Так… почему Винсент? — негромко спрашивает он, но в ответ получает негромкий храп. — Блять, — вздыхает Чонгук, откинув голову на спинку сиденья и прикрыв глаза.

— Освобождайтесь и возноситесь, мрази, — рычит он, вонзив катану в глаз аспида.

У Тэхена во рту скрепка, а Чонгук понял, что у апокалипсиса пять всадников.

да здравствует наше лучшее будущее, освобождайтесь и возноситесь.

Наш бразильский пляж и одурманивающая пина колада, что блестит на твоих губах, освещенных закатным солнцем Рио.

Тэхён не интересовался футболом, но до сих пор носил потрёпанный брелок с чёрно-белым мячом на ключах от квартиры. Тэхён не любил кофе, но упрямо давился им каждое утро и отказывался начинать день без горькости на зубах. Тэхён не доверял Чонгуку, но продолжал рассыпаться на его простынях в надорванных вздохах. Тэхён ненавидел свою работу, но изо дня в день, смотря в зеркало, врал самому себе, что так правильно. — Хочешь расследовать это дело? Пытаешься очистить совесть таким образом?

«Мне нужен хозяин в доме, чтобы безжалостный с другими, но ласковый со мной. Надо будет – стану добиваться, если тебе важно, чтобы всё было как у людей. Год, два? Не побоюсь напрячься, — слова господина Чона – гром среди ясного неба: — Я даже не побоюсь тебя полюбить, если это так необходимо».

Из чужих уст можно услышать, что сегодня вновь кто-то лишился руки из-за алмаза.

Тебе кажется, что ты взрослеешь постепенно, но, черт возьми, однажды это хлестнет тебя как ветка в лесу, отпущенная впереди идущим.

Чонгуку всегда предпочтительно как можно больше личного пространства. В общежитии он раньше всех просыпается, чтобы сходить в душ, завешивается шторкой, которую собственноручно прикручивал между двумя ярусами кровати, а на парах садится за непопулярный первый ряд. Но когда Ким Тэхён крутится поблизости, обнимает, треплет за волосы, цепляет за руку, Чонгуку не неприятно. Чонгуку только хочется ещё.

Этот мужчина болен хроническим символизмом и считает себя драконом, сжигающим собственное нутро. На безлюдном шоссе вдали от города он встречает человека, любовь к которому живет в нем со студенческих лет, и впоследствии узнаёт, что тот тоже болен. Болезнью несколько страшнее, но тоже похожей на самосожжение. [Случайная встреча спустя сорок месяцев разлуки, чтобы двое увидели, во что разрыв превратил каждого из них.]

Глаза... Глаза у этого болтливого красивые, такие голубые. Даже в темноте яркие, насыщенные, в них страшно смотреть. Прилипчивый, конечно, как клещ, но взгляд-то какой... Пронзительный. До костей. Он капитану напоминает море, оттого и страшно. Если честно, очень. Моря губят жизни. И люди, знаете ли, тоже так умеют.

Borgata (в перев. с итл) — семья организованной преступности. Чонгук — глава огромного мафиозного клана, собравший вокруг себя сильных приближенных, где общие гены не имеют значения, ведь семья — люди, с которыми его связывают взаимное уважение, верность и намерение вознестись на самую вершину преступного мира.

Чонгук закрывает уши, чтобы не слышать этот истошный крик. Свой собственный крик — они не вернулись в пятницу домой.

— Эй, Чонгук, тебе что сосут под столом? Чего такой дерганый? — пишет один из фанатов где-то в чате. — А этот парень наблюдательный, — улыбается Ким. История о том, как стример Джейкей себе в омеги лучшего друга заполучил.