— Мне нужна вечность, Джисон, — прошептал Минхо, глядя ему прямо в глаза. Джисон провел большим пальцем вдоль его губ и облизнулся, приближаясь к его лицу. — А мне нужен ты.

Джисон слишком неуверен в себе, до того момента, пока в классе не появляется новенький, называющий его – мой красавчик.

Минхо снизошел с самих Небес на Землю, чтобы помочь Джисону обрести любовь. Но всякое свидание с другими с треском проваливалось. И если Минхо ломал голову: как за месяц найти ему парня, то Джисон изначально понимал, что уже никак. Потому что он, кажется, влюбился. Влюбился в посланника Купидона. — Ты будешь моим? — Я уже твой.

Хан Джисон и Чхве Джебом — именно та пара, от которой у всех, кто находится в их окружении, вечные головные боли. Они заноза в заднице не только для друг друга, но и для большинства их общих знакомых, друзей и даже родственников. И Минхо в это число зависимых, к сожалению, всё же попадает. И ему нередко достаётся самая тяжёлая ноша.

Феликс потерял смысл слова "счастье" ещё несколько лет назад. Хёнджин стал его воплощением.

Лето — пора яркого солнца, цветения полей, пения птиц на рассвете, походов на речку и, конечно же, пора отдыха в лагере. Сможет ли Феликс сработаться с Хёнджином, которого, в качестве наказания, отправили вожатым в лагерь «Сосновый бор»?

— Здравствуйте, вы, скорее всего, этажом ошиблись, студенческие экскурсии на десятом проводят, а это тридцатый. — Вы не так поняли, — Джисон отрицательно мотает головой, поправляя на плече рюкзак. — Я пришёл на собеседование на должность ассистента.

«LEON» — клуб, находящийся на одной из сеульских улиц вдали от жилых домов. Музыка, алкоголь, атмосфера, конкуренция, выгодные сделки и постоянно возникающие проблемы — это все о нем. А руководят этим заведением двое ещё молодых мужчин. И жизнь одного из них меняется, как только в клуб устраивается новый охранник. И оба выносят чересчур важный урок, касаемый доверия к людям.

Хан даже не успевает сообразить, что происходит, как резко ощущает спиной холодную стену и чьи-то руки на шее. Кругом темнота, фонарика под рукой давно нет, но Джисон всё равно видит кое-что. Последнее, что он видит – это красные глаза напротив. И Джисон чувствует, как острые клыки пронзают его тонкую шею. Неужели его жизнь закончится так?

— Классная задница, - смеётся парень и задерживает руку на левой ягодице, слегка сжимая её. — Фу, извращенец! - Джисон скидывает чужие руки с себя и с красным лицом выбегает из комнаты, слыша следующие слова юноши: — Я и не такое могу, детка!

— Я просто хочу исчезнуть, - пробубнил про себя Джисон, не сдерживая солёные на вкус слёзы. Рукава толстовки промокли, на фоне успокаивающий голос Сынмина и перешёптывания ненавистных однокурсников, в голове навязчивые мысли, а Джисон в который раз убеждается, насколько жизнь ужасна, и всё же засыпает под напряжённую атмосферу старого универа.

Янтарь - вестник проклятья. Детей всегда учили: завидишь янтарные волосы - не смей подходить. Но Джисону начинает казаться, что в янтаре нет ничего плохого

— Из людей мне ещё никто не нравился так же сильно, как ты, — признался Минхо. — И, боюсь, будет трудно тебя с кем-то делить. Я бы сказал, невозможно. Невозможно. — Минхо, — протянул Джисон, сходя с ума от каждой полученной информации. — Все ли демоны такие собственники, как ты? — Только я.

— Ли Минхо, потрудись объяснить мне вот что. Это ты расклеил по всему колледжу листовки о том, что у меня самая лучшая задница, и пустил слух среди, мать твою, студентов, что хочешь грубо разложить меня на своём рабочем столе? — Джисон проговорил это без единой запинки, хотя был готов заикаться, а ещё больше он был готов увидеть растерянный вид Минхо и услышать его жалкие оправдания, но вместо этого он произнёс то, что выбило весь воздух из лёгких Джисона: — Да, и?

— Итак, зачем тебе бокс? – спросил Минхо и сложил руки перед грудью. — Я… хотел бы научиться. — Просто так? Без единой причины? – глаза Минхо сузились. — Ну… эм… – в голове зазвучала сирена. — Я думаю, было бы здорово лежать под твоим накачанным телом и смотреть тебе в глаза? – пролепетал Джисон первое, что пришло в голову, сразив словесным торнадо Минхо наповал. — Что? — Что?

Джисон думал, что никогда не полюбит по-настоящему, данные чувства были чужды ему. Он разрушал жизнь, ища в страданиях смысл, до тех пор, пока не осознал, что его друг-одногруппник имеет такие же цели на жизнь. Чем обернётся для обоих парней их мнимое соглашение запечатлённое в золотом свете янтарных волос?

— О-о, ещё как понимаешь, прелесть, — нежно улыбается Минхо, начиная играться с запутанными локонами волос. — Как же твой приворот? — Черт, это… — Твой приворот не удался, Джисон. — Почему? — рассеяно спрашивает младший, бегая глазами по лицу Минхо. — Потому что я уже был приворожен, но только твоими чарами, без помощи черной магии.

Ни разу не пробуя наркотик, Джисон готов поклясться в том, что он самый настоящий наркоман, зависимость которого вызвал он - парень с янтарными волосами и домашней библиотекой — превратив его существование в сюжеты с книг…

Верит ли Джисон в любовь с первого взгляда? Нет. Верит ли Джисон в любовь с первого рукопожатия? Только если оно длилось две минуты.

Однажды Минхо желал за них двоих, чтобы стать истинно счастливым. Чтобы Джисон был только его. Но Кровью Трёх убитых друзей вольна Святая Троица И. Никто не сможет помешать на пути к его одержимой любви.