— Чем будешь расплачиваться за проигрыш? Телом, — чонгукова рука отрывается от капота и скользит по бедру омеги, останавливаясь возле паха, на что Тэхен слегка поджимает губы, сдерживая прокатившуюся по всему телу дрожь, — или тачкой?

Чонгук - одичалый бизнесмен с тремя компаниями за плечами, с огромным особняком и одним доберманом по кличке Добби, а еще ему тридцать два. И он хочет ребенка. И у него нет омеги.

Чон Чонгук - звезда школы и типичный плохой парень. Ким Тэхён - упертый заучка, которого часто бьют из-за его непростого характера. Двое подростков из разных миров; казалось бы, между ними не может быть ничего, но... Однажды Чонгук просит о помощи, а Тэхён соглашается...

— Что, не нравится тема смерти? Боишься ее. Я твой страх как свой ощущаю. Вроде сам отбираешь чужие жизни, вообще не паришься об этом, а за свою обоссаться от страха готов. Ты как я, но я смерти никогда не боялся, — шепчет Чонгук. — Даже больше: я уже умирал. Это весело, знаешь.

— Эй. До следующей пятницы?

— Я схожу с ума от одного лишь твоего присутствия здесь, а ты так безбожно рвёшь мне душу отказом уже в тринадцатый раз. — Сейчас будет четырнадцатый, господин Чон. AU, в котором глава Якудза как маленький мальчик бегает за младшим братом своего конкурента.

Они — разбитые дети улиц. Они — закупоренное в бутылке отчаяние. Они — закон.

– Что тебе надо? – Ответ очевиден, - пожимает плечами альфа, обхватывая ладонями тонкую талию. - Ты. – Я не буду с тобой спать. – Будешь. – Ты не заставишь меня, я не обязан заниматься сексом с клиентом. Я не проститутка. – Ты не понял, киса. Ты будешь заниматься со мной сексом и всем, чем я только захочу, не как с клиентом, а как просто с альфой. Которого ты сам хочешь.

- Ты ведь понимаешь, что из вас не получится красивой пары? Вы живете в слишком разных мирах. И я думаю, это даже к лучшему. Юнги поморщился на слова друга и призрительно фыркнул. - А кто сказал, что мне нужны эти отношения? Мы всего лишь трахаемся. Этого мне вполне достаточно.

Юнги плохой священник и отвратительный экзорцист. Иначе бы давно отправил гореть в Аду инкуба, заявляющегося к нему каждую ночь, чтобы довести до греха.

тэхен был не дома, когда поселение его отца застал огонь. безжалостные люди залили каждый сантиметр керосином и подожгли, оборотни горели заживо. Тэхену удалость спасти лишь 3 волчат,и донести до границы стаи чон,с которой они были в ужасных отношениях. последние что видел омега, это как альфы забирали волчат..

- Если выпадет орёл, ты станешь моим. Омега раздраженно вскидывает бровь. - В каком смысле? - Во всех. - Альфа откидывается обратно на мягкое кресло, с вызовом смотря в чужие янтарные глаза. - Не передумал ещё, цветочный мальчик? Тэхён задумчиво смотрит в пол, игнорируя волну перешёптываний за спиной. - Бросай. Все обернулись в сторону омеги, Тэхён уверенно смотрит на альфу, застывшего с монеткой в руке. - Как скажешь, Тэхён-а. Сквозь общий гул слышится звон подлетевшей монетки.

Тэхёну срочно нужна работа, поэтому он соглашается на любую. Первый его рабочий день будет в популярной компании и в этот же день, он узнаёт, что директор в ней ходит в белой маске на лице. Ещё никто из сотрудников не видел его настоящего лица. У него есть особые правила, которые нужно соблюдать.Одно из них, не находиться с ним в одном кабинете. Зовут мужчину Чон Чонгук.О нём ходят разные слухи, которые пока слава Богу Ким не знает.Но если узнает, как он поступит?Останется ли работать дальше?

Одиннадцатый округ Департамента полиции Чикаго является самым криминальным районом города, однако случившееся одной осенней ночью становится началом чего-то куда более серьёзного. Это событие оставит свой кровавый след в истории города навечно, и в особенности в истории двух мужчин. Тэхён и Чонгук — два детектива, которых заставляют работать вместе, чтобы выжить.

— Это твои дороги? — спрашивает Чонгук, не разрывая зрительного контакта с омегой. — Почему мне с друзьями нельзя остаться? — Тэхён не меняется в лице, начиная раздражать. Альфа исчерпал свой лимит обаяния. — Давай прокатимся, если я выиграю, то мы останемся? — Чонгук ожидал чего угодно, но не удара в лицо.