Судьба посадила его рядом с потрясающе красивым мальчиком, похожим на ангела. Его плечи были немного опущены, из-за чего он выглядел таким покорным, что что-то внутри Намджуна начало реветь и рваться наружу. Он не испытывал этого долгое, очень долгое время, и его рот наполнился слюной от предвкушения. Этого мальчика звали Чимин, и он был его новым сводным братом.

Намджун осознает, что не один потянулся за солонкой только тогда, когда за столом воцаряется абсолютная тишина, а отец Чимина замирает подобно статуе и бледнеет.

Его похитили двадцать седьмого августа. В два часа дня. По возвращению из школы.

У Намджуна разбитое сердце, двое детей и младший брат-бездельник. Жизнь подкидывает ему серийника, орудующего в городе, проблемного стажёра, и Чимина, которого по-человечески жаль.

Намджун раздраженно поглядывал на часы, дожидаясь Чимина в какой-то дешевой кофейне на окраине города. Он поступил абсолютно непрофессионально, поведясь на собственные эмоции и непреодолимое желание присвоить мальчика себе. Было ясно как белый день, что парень ни разу в жизни не практиковал ДС отношения, однако именно его неуверенность и отчаяние подкупили внутреннего зверя Кима, не желавшего отпускать такую ценную добычу в плохие руки.

Чимин не помнит своего детства, но вот уже на протяжении 15 лет его мучает один и тот же кошмар: он ходит по отелю, где в одном из номеров встречает своего персонального Монстра. Тот издевается над парнем, давит морально и физически, заставляя умолять о смерти. Из-за кошмаров Чимин нелюдим, у него всего пара близких друзей, но он пытается ладить жизнь, пока его жизне не появляется Ким Намджун - точная копия Монстра из кошмаров.

Они нелюди. Говорят, что они как твари живут в норах и питаются свежей кровью и плотью. Альфы рвут и терзают друг друга, чтобы победитель спарился с очередным омегой на глазах у всего их ублюдочного потомства. У них нет дома, нет семьи, нет святынь. Они хуже зверей. Они – оборотни. И помни, хорошенько запомни, Чимин: если встретишь одного из них – никогда не смотри ему в глаза, в них ты не увидишь ни сострадания, ни жалости.