Хисока всегда с замиранием сердца наблюдал, если на лице Иллуми проскользали эмоции, поэтому он делал вид, что ему плевать. А в Иллуми что-то ярко загоралось каждый раз, когда Хисока невзначай его касался, поэтому он ему это запрещал. И ни один из них не задумывался, почему за всё время так и не вызвал на бой другого. До этой самой миссии.

– Ма-ни-цу, - голос парня звучал слишком громко в полупустом помещении ванной комнаты. – Я знаю, ты где-то там, иди сюда. Эй, поговори со мной. Сядь, поставь стул поближе, - он усмехнулся, видя страх в чужих глазах. - Зеницу, мы же созданы друг для друга, забыл? – демоническая улыбка и сумасшедший блеск в ярко-зеленых глазах заставляли сердце стучать быстрее обычного темпа. – Садись уже.

Преподобный Шото поцелован Богом. Изуку обещал любить и почитать всё, что связано с Господом, что несёт его волю и действует по его указанию. Испытывать запретные чувства к посланнику Бога естественно? Вероятно, да.

В престижном университете «Когарэ» сталкиваются два противоположных мира: Итачи Учиха, гениальный и замкнутый профессор нейробиологии, и Дейдара, дерзкий студент-химик, одержимый превращением реактивов в настоящее «искусство»

— Мне только надо сделать то, что я умею делать лучше всего, — очаровать зазнавшегося омегу, который водит за нос противоположный пол, — самоуверенно сказал Альфред, заключая пари с Гилбертом. — «Подчиняться» ему! Какой дерзкий, необъезженный жеребец! — Иван широко и задорно рассмеялся, соглашаясь на спор с Феличиано. — О, я сам могу его подчинить и обуздать, так что это он, ласковый и покорный, ходить за мной станет.