Он всего лишь хотел свободы, а в итоге развязал целую войну.

Соглашаясь стать стажёром, Тэхён поставил одно условие: господин Бан будет отвечать отказом на поступающие от альф просьбы о частной встрече с ним. Приняв желание омеги, тот все же внес коррективы в их сделку, добавляя: «Пока не появится тот, кому нельзя будет отказать». Три года правило срабатывало без исключений, «пока» не появился господин Чон, невозможность отказа которому понимал даже сам Тэхён.

С чем могут столкнуться два родителя-одиночки после драки их детей в спортивной секции? Или как из двух половинок сделать одно целое.

— Выбери свободу и веселье, как это было всегда, а меня оставь в покое. — Вообще-то, я всегда выбирал тебя, — напоминает Тэхёну, который этого явно не заметил.

Чонгук никогда не думал, что придется положить на кон собственную жизнь, чтобы спасти свою стаю. Брак во имя союза, строптивый омега, вместо прилежной женушки, опасный соперник и холодная война. Альфа и представить не мог, что его жизнь так круто поменяется, после одного единственного взгляда на Ким Тэхена. Эти глаза цвета лунного камня явно таят в себе много загадок.

Под проклятым небом в красные ночи мы были крещены пороком.

Опиум - сильнодействующий наркотик, вызывающий моментальное привыкание. Отношения Чонгука и Тэхёна - это история страсти и одержимости. Для них любовь стала зависимостью, с которой невозможно бороться.

— Я не девственник. — Цедит сквозь зубы. Терпение лопается с каждым шагом Чонгука к нему. Альфа нагибается, останавливаясь в сантиметре от его лица. — Пока не доказано, не ебет что сказано.

Синапс — нейронная связь возникающая между двумя людьми... Тэхён кожей ощущал тепло солнечного света, и в то же время чувствовал капли дождя, промокая под проливным дождём в другом незнакомом ему месте, но на деле оставался сухим. Мысленно он находился в двух разных местах одновременно, видел своего истинного и чувствовал, как жгло в груди от своего же собственного запаха. Всё что чувствовал один своим телом, ощущал и второй.

– Я не люблю тебя, – голос в телефоне звучит уверенно и спокойно. – Будь счастлив. Тэхен замирает с трубкой возле уха, слушая торопливые, короткие гудки. В этих гудках остается он. Его истинный. Еще вчера он был его настоящим и будущим. А сейчас это все рассыпается в пепел. Ноги подкашивает, и омега оседает на свою койку, не веря в происходящее.

Своих новых соседей Тэхен встретил еще в лифте, когда только переезжал. А то, что с ними что-то не так, понял гораздо позже.

Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок? Возможно.

Черт возьми… и как его только угораздило?..

Чонгук завороженно смотрел на собеседника и не мог отвести глаз. Красив. Неописуемо красив. Утонченный. Уверенный. Бесстрашный. Омега, но с абсолютно нетипичным для этих мест поведением. Чонгук читал, что в этих краях все омеги носят бурки, им запрещено не только показывать лица посторонним альфам, но и даже просто выходить на улицу. А перед ним стоял омега с открытым лицом, который гулял тут один. Непонятно. И очень интересно. Журналист Чонгук навострил ушки.

Конный спорт – это две жизни, тесно переплетающиеся в одну, и, если ипподром покидает один, спорт должен покинуть и второй. А Ким Тэхён упрямо настаивает дать им шанс.

Тэхену сложно похудеть. Сколько бы ни старался, никак не получалось. Однако один посетивший его пациент согласился помочь ему добиться своей цели, и помог не только вновь обрести вкус жизни, но ещё и познать доселе не известные омеге чувства. AU! где Тэхен жаждет сбросить лишние килограммы, а Чонгук обаятельный тренер.

— У тебя течка, Тэхён. Иди домой, — как можно мягче пытается говорить Чон, но выходит рвано. — Но у нас важные переговоры… — Если ты будешь нюхать мою шею всё время, наши переговоры закончатся, так и не начавшись. Ты уже не маленький, прекрасно знаешь, как течный омега влияет на альф. — Но обычно никто не замечал… — В смысле, «обычно»? — Чон резко останавливается, переваривая только что услышанную информацию. — Это не первый раз, когда ты пришел на работу в течку?

— Слушай, я — волк-одиночка. И мне не нужна пара. — А я тебя и не спрашивал. И Тэхён рад бы нос откусить этому самовлюблённому альфе, да вот только почему-то не может.

Ему каждый день напоминают, сколько в него вложено: сколько денег, сил и времени потрачено на создание идеального образа, которым, по идее, фигурист не должен обладать. Его постоянно таскают на какие-то благотворительные акции, деньги с которых растворяются в небытие, на светские мероприятия, где тусуются чиновники, модели и другие высокопоставленные шишки, и куда он вписывается так же, как и обычный соломенный веник во дворец с мраморным полом.

Все в их поселении чуть ли не с рождения Чонгука судачили о том, что единственный сын-омега вожака уже занят, а их близкие друзья каждый раз, когда их младшенький снова у всех на глазах залезал к Тэхёну на колени и укутывался в чужие объятия, в шутку называли этих двоих будущими женихами. Поэтому Тэхён не воспринял внезапно возникшую симпатию Чонгука к их общему другу Хэвону всерьёз. Идиот.