«Знаешь, в чем между нами разница, детектив Джостен? Ты готов бросаться в огонь за добро и пропащее человечество. А я - нет. Мне плевать на эти бесполезные вещи. Я готов впрягаться только за конкретных людей. И хреновый ты детектив, если не заметил этого раньше.» Готэм Ау, где Нил Джостен молодой и талантливый детектив, а Эндрю Миньярд опасный криминальный авторитет (очень криминальный и очень опасный).

Нил только сейчас заметил, что у него гости, и медленно повернулся в сторону Эндрю, натянув на лицо одну из дежурных улыбок. С кровавыми следами по всему лицу это выглядело жутко. — Меня просто здесь не любят, — спокойно ответил омега, возвращая взгляд к отражению. — Вправить сможешь?

Всё было странно. Не так, как Джисон себе представлял. И речь не о том, что Минхо - омега-мужчина с нетипичным строением тела. - Сон-и, эм... Слушай, хватит, я... Со... Сони, я серьёзно, мне уже хватит... Мо... можешь кончать... - и этот доверительный взгляд, такой преданный и искренний. - Что? Но ты ведь... Ты же не кончил ни разу... - Я... Я, наверное, не... Мне и так было хорошо, поверь, Хан-и... - и милая улыбка, глядя на которую Джисон почти повёлся.

AU:SKZ Family, в которой все не так радужно, как может показаться на первый взгляд. — А есть ли второй выбор? — он коварно улыбается, прикрывая глаза невозможными ресницами. Держит ее лицо в ладонях так, будто в любой момент свернет шею. — Нет, — шепчет Лино, чувствуя, как его большой палец скользит по скуле, будто сдирая кожу до мяса, хотя она уверена, что это не так. — Только один. С разными исходами… «И каждый для меня закончится плачевно» — добавляет она в голове.

Жизнь Эндрю была стабильной — настолько стабильной, насколько она вообще могла быть у капитана морского судна. Все их путешествия, с его-то ответственностью, проходили идеально, пока однажды корабль не попал в шторм, а сам Эндрю — на неизвестный остров. Однако «неизвестный» не означает «необитаемый». В этом он убедился сам, когда за выступом камня увидел пару сверкающих голубых глаз, а его голова словила удар палкой.

«Точка любви» — так назывался этот магазин с ярко-красной кричащей вывеской, открывшийся в доме на Картер-стрит совсем недавно, прямо под окнами их квартиры. Едва увидев наглый слоган «любовь доступна каждому» и впервые столкнувшись на крыльце с его хозяйкой — высокой девушкой с крашеными волосами и серебряными кольцами в ушах, — мама Кейт пообещала побороть этот разврат любой ценой. Кейт подозревала, что цена может оказаться слишком высокой.

Вай вытерла ладонью пот со лба и посмотрела на чеки с размашистым почерком. Из-за жара кухни, музыки и гогота бара было трудно сосредоточиться на чем-то конкретном, но в этом и была прелесть. Руки сами по себе резали, жарили, сервировали, отдавали. Резали, жарили, сервировали, отдавали. Полное отключение разума в пользу контроля над ситуацией.

Кейтлин Кирамман, возможно, самая подавленная женщина на земле. она — безбрачная лесбиянка, у нее нет никакой социальной жизни, и она, к тому же, оГосподиБоже, священник. когда неподвластные ей силы заталкивают Вай — воплощение искушения - в её церковь, она начинает сомневаться в своём существовании, а вместе с ним и в преданности своей вере.

Антон пропал. Но появился Зайчик. И ему очень тоскливо без Ромы.

В своём астральном псевдомире Хан Джисон со смертью на «ты». Его сон разбивается: сильнее передоза оказывается только новая дорожка. Дорожка, ведущая к тому, кто сплёвывает тебе в лицо: «И где же твой стыд?»

Шесть лет прошло со дня, когда мир полностью изменился. Исчезли города, страны, люди. Остались только выжившие и ходячие мертвецы. Нил считал, что очередное задание отца не будет отличаться от других таких же. Внедриться, войти в доверие, а потом впустить людей Натана в чужое убежище. Проще простого. Если только это не группа выживших Эндрю Миньярда. Ау Ходячие мертвецы

Гарри Поттер не получил письмо из Хогвартса, учится в школе Святого Брутуса и пропадает на подработках. Ему почти семнадцать, рюкзак со всем необходимым для побега уже собран и ждёт своего часа, пылясь в шкафу, сумма на побег в Лондон от ненавистных родственников почти собрана, но Гарри неожиданно теряет основной источник дохода. А старая, сумасшедшая соседка предлагает платить неплохие деньги, если он будет иногда сидеть с её внуком. Впереди лето, работа не сложная. Что может пойти не так?

Прислонившись спиной к холодной стене соседского дома, стараясь дышать тише и наспех вытирая со лба холодный пот, Гарри думал только о том, чего, чëрт возьми, хочет Том Реддл.

Не смотри им в глаза дольше семи секунд. Если это случилось - беги.

Спасаясь от кошмара Осаки, Минхо бежит. Каждый стук колес поезда отмеряет не только километры, но и шаги к исцелению от отношений, которые когда-то пахли жасмином и корицей, а обернулись унижением и болью. Но сможет ли Минхо снова дышать полной грудью, когда даже в новом доме его ждет неожиданный сосед, Джисон, чье появление может предвещать нечто большее, чем просто новую главу?

Они как инь и янь. Как два разных мира, что не похожи собой, но одинаковые. Минхо пришел в девятый класс школы-интерната для богатых и влиятельных людей. Он добр, мил, спокоен, никогда не был замечен в школьных хулиганствах за два года обучения в новой школе. Джисон был противоположностью. Он любил повеселиться, похулиганить и менять девушек каждый месяц. Ему принадлежит эта школа и всё, что в ней находится. Даже люди.

Джисон, тяжело дыша, смотрит на своё отражение в зеркале университетского туалета и понимает, что уже несколько недель повторяет себе одно и то же: "Я, блять, точно не гей". Однако в его сознании вновь всплывает образ главы студсовета Минхо, чьи стоны он мечтает услышать под собой уже не первый день...

"Не смотри в глаза смерти" — шептали все. Но Минхо посмотрел. Перед ним стоял "мирный житель" с кровью под ногтями. А в зеркале за его спиной - "демон" с обломанными белыми крыльями. Они играли в чужие роли: — убийца, игравший невинность, — ангел, корчивший испорченность. Когда их пальцы переплелись, треск масок заглушил даже адские вопли. И Минхо наконец понял — вот оно. Спасение.

Жизнь Минхо казалась такой простой и понятной. У него было все: любимая работа, преданные друзья и самый красивый на свете парень. Разве можно было мечтать о чем-то еще? Вот Минхо и не мечтал, он наслаждался жизнью, получал от нее желаемое. Только вот судьба - штука жестокая. И шутки у нее не смешные. Одна встреча, сбивающая с ног. Один бокал виски, меняющий плоскости. Одно сообщение, заставляющее цвести хризантемы в ледяной воде. Череда случайных событий, способная разрушить все.

Ли Минхо устал быть вечно послушным сыном и заядлым отличником. Ему захотелось стать хоть кем-то. Тем, кого замечают, с кем делят дым в тесной ванной. Тем, кому можно написать «спишь?» посреди ночи. Так начинается подъездная романтика, где влюбленность пахнет химией, а «навсегда» длится до следующей дозы.