Хан Джисон никогда бы не осмелился на такой шаг, но, благодаря Феликсу, он сейчас смущенно пробирается сквозь толпу пришедших посмотреть на гонки людей, чувствуя, как в кожу впивается резинка женского кружевного белья, скрытого плотной тканью джинсов.

Честно, Джисон, ведь тоже человек и не может столько терпеть. Не может нести в себе это вязкое чувство, мешающее быть самим собой. Не может, поэтому дает ему выйти, не задумываясь об этом.

- Ты просил кролика, мы подарили, - переглядывались парни. - Там метровая мягкая игрушка? - ухмыльнулся я. - Ну… почти,- засмеялся Бин, на что получил удар локтем в бок от Джисона. - Ростом побольше будет, ага, - Хан не выдержал и согнулся от смеха пополам. - А он не кусается? - хотел пошутить я. - Ну, если пальцы ему в рот совать не будешь, - смеясь, прыснул Бин. - И не только пальцы…

– И что же ты предпочитаешь в сексе? – Держаться за руки. И Хёнджин сначала подумал, что это слишком по-девчачьи, слишком нежно и любовно, а он ведь предпочитает быстрый и грубый секс, мол, не в его стиле. Но Минхо потом спотыкается вдруг, смеётся, так бархатно и приятно, и хватается за ладонь Хёнджина, чтобы не упасть. А Хёнджин всё, пропал, убит, очарован. Влюбился, короче.

Чановы руки просто идеально располагаются на бёдрах Минхо: младший всеми фибрами души это понимает и наслаждается тягучими поцелуями партнёра.